– Ну, как именно ты 'совершенно успокоился', мы видели, когда ты из пассера вылетал,- махнула рукой постепенно оживающая Лин. Все заулыбались: мы – многозначительно, Джерри – смущённо.
– Ей бы выпить чего-нибудь…- Оглянулась кругом Карина.
– Так надо ж было пару цитрусов прихватить,- съязвил я.
– Ладно, щас исправимся…- Джерри, видимо, удовлетворённый прощупыванием, отпустил, наконец, руку подруги и, на ходу застёгивая рубашку, пошёл к пассеру. Через пару минут он принёс кувшин с соком и несколько мандаринов.
– Выбирай,- выгрузив всё это на стол, констатировал он. Лин выбрала сок. Карина быстро вытащила из серванта бокалы – видимо, дабы не бегать за посудой на кухню.
– Аскорбиновая кислота в таких случаях спасает лучше всего,- удовлетворённо причмокнув, произнесла челланка, ставя опустевший бокал на стол и по-колхозному, смачно, вытирая губы рукавом. 'Наверное, в этом деле все беременные одинаковы',- с тёплой улыбкой подумал я, вспоминая, как пару дней назад кормил Карину клубникой: наевшись, она утёрлась точно таким же способом. И это – при её помешанности на 'интеллигентности'… Я украдкой взглянул на неё – она стыдливо улыбалась. 'Помнит, шельма…'- ухмыльнулся я. Джерри тем временем очистил по мандарину и вручил каждой:
– Примите для лечения… А вам – для профилактики…- прокомментировал он. Девчата с удовольствием впились в мякоть.
– Ну, вот мы снова и собрались.- Удовлетворённо откинулся в кресле челланин.- О чём нынче философствовать будем?
– А тебя тянет пофилософствовать?- Удивилась Лин.
– Да как тебе сказать… Скорее – просто привычка: каждый раз, как мы собираемся, дело обычно кончается философскими беседами,- хмыкнул в бороду он.
– Тогда давайте поговорим… о Любви – вполне нейтральная тема,- предложила Карина.
– И, главное – не философская!- Иронично развёл руками Джереми.
– Не цепляйся…- Улыбнулась Лин.- О любви – так о любви…- Она скопировала его движение,- надо же о чём-то поговорить…
– Сложно говорить о возможности зарождения этого чувства в обществе, члены которого даже толком не умеют общаться…- Вздохнул Джерри.- Да и учиться не очень-то хотят…
– То есть?- Вскинул брови я.
– Понимаешь… Обычно люди, общаясь, подсознательно ожидают какого-то удовлетворения от общения. Понятно, что их надежды не всегда сбываются, и тогда вместо удовлетворения общение порождает проблемы. Когда, общаясь с конкретным человеком, они получают больше удовлетворения, чем проблем – они, разумеется, подсознательно тянутся к нему, хотят с ним общаться. Если же это общение порождает, напротив, больше проблем, чем удовлетворения – они стараемся этого человека избегать. И это нормально, так как есть такое понятие, как 'эксплуатация общением' – своего рода психологический вампиризм – когда человек, общаясь, старается извлечь как можно больше удовольствия для себя, нисколько не интересуясь удовлетворением собеседника. Или даже вообще – стараясь, по мере возможности, этого удовольствия собеседнику не доставлять. Тогда собеседник начинает его избегать настолько активно, насколько ему позволяют это делать обстоятельства и уровень его интеллигентности. Косвенно это должно обучать паразитирующую личность задуматься и об удовлетворении собеседника. Если паразитация была случайной – обучение происходит быстро и вся история, если и будет вспоминаться в будущем, то – лишь как досадное недоразумение. Если же паразитация была сознательной… То тут начинается игра интересов… Своего рода торги, в процессе которых вампир постепенно учится давать собеседнику ровно столько, сколько достаточно, чтобы тот не разрывал отношений и не проявлял слишком явно своего неудовольствия. Именно – достаточно. Но – не больше. Упаси Боже, чтобы он бескорыстно это самое удовлетворение кому-то доставил! Это – торгаши. Я подчеркну: не торговцы, в смысле – люди, занимающиеся торговлей. Именно торгаши – люди, любящие торговаться. Они не могут Любить. То есть – они могут любить, как вещь, как деньги, как уют, достаток…