– Собственно, мы этого не наблюдали,- вставил своё слово Джерри.- Просто это было найдено в памяти ребёнка, который при этом присутствовал – того самого, который не мог узнать своих родителей…- В комнате повисла тишина. Мне почему-то было стыдно. До жути. За всех нас. Как тому пацану, которому было стыдно, что не знал своих родителей. Живых.
– Кстати, вот ведь анекдот: уже когда он вышел на пенсию, сын ему как-то позвонил. Тот самый, что не знал, как ему узнать родителей.- Вспомнил Джерри.- Так отец его не узнал. Даже – когда тот назвал своё имя. 'Что? Андрей? Какой Андрей?'- в недоумении спрашивал он. 'Да был у тебя такой когда-то…'- Сказал сын. И снова почему-то почувствовал себя виноватым… Наконец – будто бы понял отец, кто это – узнал, то есть. И первое, что сказал – так это: 'А я недавно брата похоронил…'- Как будто не знал, что сыну об этом уже известно: почти месяц прошёл, как родичи – соседи сына – с похорон вернулись. Как будто норма это, что сыну о смерти дядьки не он, отец – в канун похорон, а те самые родичи, да через неделю после похорон, сказали… Просто в данный момент ему было важно, что он, именно ОН брата похоронил. Не то важно, что брат умер, а то, что он его похоронил. То есть – то, что жалеть, разумеется, нужно его. Живого.
– Любят земляне быть центром вселенной – что делать…- Вздохнула Лин. Это ещё не самый отпетый экземпляр…
– А какой самый отпетый?- Поинтересовался я.
– Не знаю…- Пожала плечами челланка.- Надеюсь, что мне не довелось с ним встречаться…- Ухмыльнулась она, вызвав нерешительные улыбки присутствующих. Несколько удручённый услышанной историей, я, видимо, подсознательно искал повода перевести разговор на другую тему.
– Кстати, Лин…- Наконец нашёлся я,- интересно, а если бы то, что произошло с тобой сегодня, произошло с кем-нибудь… где-то на Челле… Чем бы это кончилось?
– В каком смысле?- Встряхнула головой, совершенно, видимо, не готовая к столь крутому изменению темы, челланка.
– Ну… Там тоже талкер поднимет тревогу и буквально через пару секунд в небе появится тарелочка со спасателем?- Уточнил я.
– Не совсем…- Улыбнулась девушка.- На Челле нет глобального контроля за состоянием всех – это слишком дорого обходится и большинство просто не может себе этого позволить. Статуправление, естественно, финансирует эту функцию для своих сотрудников, и я могу ей пользоваться постоянно. Но… признаться, включаю её только тогда, когда попадаю в незнакомые места. Словом – когда страшновато. Или неуютно как-то. А с такой поддержкой – спокойнее. Ну, а дома или в хорошо знакомых, 'обжитых' местах – как-то не хочется…
– Почему?
– Не знаю. Наверное, чувствуешь себя как-то свободнее… Понимаешь, человек ведь, прибегая к помощи чего-то, что сильнее его, как правило, вовсе не хочет постоянной опеки – он просто хочет защиты в ситуациях, когда самому страшно… А быть постоянно 'под колпаком' – этак можно и вовсе свихнуться… Человек, как и всякая животина, должен иметь возможность побыть один, когда хочет. Поэтому практически все, кто имеет возможность пользоваться полной опекой системы, отключают эти функции всякий раз, когда уверены в своей безопасности. Дома, например. Или – на станции. Но обходиться вообще без системы довольно сложно. Да и неудобно: к единому информационному пространству, например, очень быстро привыкаешь… Отвыкать трудно.
– А здесь?
– Что 'здесь'?
– Ну, здесь ты – постоянно 'под колпаком'?
– Разумеется… Как и все остальные разведчики. Это – условие контракта. Те, кто занимается безопасностью и страховками, на других условиях участвовать во всём этом просто не будут.
– Слушай, а если на Челле… На поверхности планеты, где-нибудь в лесу, скажем… Простой смертный, не имеющий денег, чтобы платить за подобную 'опеку' со стороны системы, вдруг попадает в сложную ситуацию?
– Например?
– Ну, например… Как ты – тогда, на берегу. Возле 'Магнолии'…
– Чудо ты…- улыбнулась челланка.- Да разве такое бывает… Ты ведь помнишь, как я была ошарашена… У нас унижение – уже нонсенс, а унижение группой одного – я о таком и не слышала… Помнишь, как я пыталась понять – зачем это им? Так, кстати, до конца и не поняла…