Тамара испытала неловкость. Она постоянно забывала, что Нойман весьма известен в городе, и новость о его помолвке уже дошла до всех жителей Нюрберга.
Весь следующий день, Тамара только и могла об этом думать — зачем он спас девочку. Она решила поспрашивать у Марка.
— Он иногда так делает, спасает просто так, для себя, — отмахнулся Марк.
— Это сложно?
Марк понял, о чем именно спрашивала Тамара.
— Это нелегко, — вздохнул. — Излечить чужую болезнь — это заразится ею, пусть и на недолгое время, пока организм не переборет заразу. Но многое зависит от того, какая болезнь. Помнится, были случаи, когда и ктархов чума сводила в могилу. Забирать чужую болезнь — всегда больно, особенно смертельную.
Марк поцеловал ладонь девушки, поцеловал пальцы, кисти, внутреннюю сторону ладони.
— К чему эти вопросы? Ищешь Эриху оправдания?
— Нет, что ты, — усмехнулась девушка. — Не оправдания, нет, я просто начинаю понимать, что не со всеми он так холоден, ка со мной. Не со всеми, как оказалось, так самоуверен.
— Не со всеми, — согласился Марк, которому явно не нравилось направление мыслей Тамары. — Только с тобой. Хочешь знать, где он сейчас?
Эрих был с Эльзой, Тамара прекрасно об этом знала.
— Зачем ты так?
— А как иначе, Тамара?! Я никогда не говорил, что Эрих плохой, я лишь утверждал, что он тебя не любит. Не забывай об этом!
— Но лишь потому, что он не видит меня настоящую!? — разозлилась Тамара. — Во время самой первой встречи, я пришлась ему по душе!
— И что дальше?! Хочешь, чтобы он за тобой бегал? Мне вернуть все как было? Снять наложенные заклятия?
Тамара вздохнула. Кололо где-то в душе. Почему — непонятно.
— Не сердись, — она погладила его по щеке. — Прости, я не это имела в виду… Когда мы всё разыграем?
— Скоро. Эльза уже обдумывает мысль послать нашим родителям записку о том, что беременна.
— Глупая Эльза, — Тамара положила голову Марку на грудь. — Мне иногда её жаль.
— Не жалей, Тамара… Я лишь углубляю те чувства, которые в ней уже есть. Не завидуй она тебе изначально, я бы не смог так легко на неё повлиять. Она хочет увести у тебя Эриха, тут и к бабке не ходи.
— Марк, у нас всех есть в душе что-то плохое, черное… За это нельзя осуждать. В тебе, я уверена, тоже есть.
— Ты права, Тамара, во мне тоже есть… Но на то нам и дана голова, чтобы сдерживать дурные порывы. А Эльза сдерживаться не умеет! Думаешь, я не знаю, что она себе позволяет?!
Марк был прав, в последнее время Эльза-дура совершенно распоясалась. Она откровенно намекала Тамаре на свою связь с её женихом, говорила, что Тамара не заслуживает такого мужа. В такие моменты Тамаре хотелось выдрать глупой кузине все волосы.
Но она держалась. Сжимала кулаки, скрипела зубами, но продолжала играть роль глупой наивной невесты.
Еще немного… уже скоро они с Марком будут свободны.
Разговор Эльзы и Тамары
— Он так меня целует, так целует. Он любит смотреть, как я раздеваюсь. Затем он подходит, бросает меня на постель… у него очень сильные руки, от его прикосновений я выгибаюсь дугой, и жду, когда его руки окажутся там… Эрих такой сильный, такой мужественный!
— Прекрати! Эльза, прекрати!
Эльза лишь усмехается, и откидывается на спинку дивана.
Тамара сама пришла к ней в комнату. Это было против правил, Марк бы не одобрил. Марк в принципе многое не одобрял. Он в последнее время был как натянутая пружина, которая разжималась, только когда она, Тамара, оказывалась в его руках. И тогда он целовал, гладил, расплёскивал себя по телу Тамары.
В такие моменты ей казалось, что он любил её больше, чем она его. Почему-то эта мысль казалась пугающей.
В тот вечер Тамара нарушила правила, и пришла в комнату Эльзы. Зачем — она и сама не понимала, либо врала самой себе.
— Ты проводишь ночи с моим женихом, Эльза.
Эта фраза вырвалась у Тамары, как только она переступила порог комнаты. Это был не вопрос, не оскорбление — это была уверенная констатация факта.
Эльза сидела у трюмо. Она обернулась, на лице проступило удивление, которое вскоре растворилось под саркастичной улыбкой.
Тамара постаралась придать лицу испуганное, загнанное выражение. У неё получилось — Эльза расслабилась. Обернулась обратно к трюмо, и посмотрела на Тамару в зеркальном отражении.
— Ну… если ты обо всем знаешь…
— Зачем он тебе? Он на тебе не женится! Не после того, как объявил о нашей помолвке!