Сафрон всегда охотно нас принимали. После встречи, они ощущали прилив энергии, интуитивно понимали, что только рядом со своим хозяином будут счастливы, полны энергии.
Не думай, что, используя слово «хозяин» я унижаю Сафрон. Это не так — мы зависели от них не меньше, чем они от нас. До знакомства с нами, они не могли полноценно ощущать эмоции, им жизнь казалась пресной из-за нехватки энергии. Мы же — наоборот, были как пороховые бочки, и нам себя было контролировать очень сложно. Бывали случаи, что срыв одного из нас провоцировал появление новой смертельной болезни на планете, или очередное наводнение.
Понимая, как нам важно иметь при себе любящего партнера, мы делали всё возможное, чтобы создать зависимость между Сафрон, и его или её избранником. Знаешь, как? Мы их к себе приучали.
Мы приручали. Мы делали так, чтобы весь мир наших Сафрон вертелся вокруг нас, их покровителей.
Сколько интересных схем мы придумали! Мы подстраивали наше знакомство с Сафрон. Ты догадываешься, о чем я? Сафрон не подозревали, что цель их жизни — служение нам, а мы им никогда не рассказывали. Зачем рассказывать, мы ведь хотели себе достойных спутников, а не скотину, которую будем держать в погребе. Ты понимаешь, о чем я, София?
Как же красиво мы наловчились проворачивать наши первые знакомства! София, ваши писатели никогда не придумают того, что придумывали мы! Среди нас это было своеобразным соревнованием — провернуть первую встречу наиболее интересным образом, влюбить свою Сафрон в себя.
Мы встречали его и её на балу, мы попадали ради них в аварии, мы преследовали их в темном переулке, мы становились их врачами, подругами, соседями. Мы покупали для них острова, мы становились их руководителями на работе, или рабами, которых нужно выкупить.
… Моя Сафрон жила в доме купцов на Товарной улице, дом номер четыре. Четверка на почтовом ящике постоянно переворачивалась, и отец моей Сафрон каждое утро с этой четверкой воевал.
Зря он это делал — четверку срывал с петель я, а утром наблюдал, как злится её отец, а моя женщина смеется на отцом, наблюдая из окна, как он ворчит и опять гвоздями прибивает цифру к почтовому ящику.
Моя Сафрон… Она должна была вырасти, стать моей женой, и обрести со мной счастье. У всех так было, но только не у меня.
Ты спросишь, что же пошло не так? Что ж, не так пошло то, что я оказался сволочью.
Видишь ли, девчонка мне не нравилась. Она была слишком простой, слишком мягкой, слишком неотесанной. Меня раздражало, что все в моей семье так ею восхищались. Я потребовал, чтобы до её совершеннолетия она обучалась в частной балетной школе-пансионате строгих порядков, и таким образом мне удалось отстрочить наше знакомство до её совершеннолетия. Я попросил брата приглядывать за моей невестой, а сам о ней благополучно забыл на несколько лет.
А потом она вернулась домой, и моё раздражение усилилось. Я видеть её не мог. Мысль о том, что именно с этой девчонкой мне предстоит провести целую жизнь, столетия, приводила меня в ужас.
Мне было плевать, что думает она. Никуда ты от меня не денешься, думал я, встречая её на каких-то мероприятиях. А она будто чувствовала мои эмоции, и старалась всегда находиться от меня на расстоянии.
Моя невеста, которую я ненавидел.
То было прекрасно время. Первые пароходы, первые телефонные кабеля. Заводы, которые плавно превращались в гигантов.
Индустриальная революция в Европе шла полным ходом, меняя жизни простых обывателей. Люди перестали выливать помои из окон, кареты понемногу сдавали позиции автомобилям. Платья женщин становились проще, давая дамам возможность больше двигаться, быть более самостоятельными, подвижными.
Я в то время был молод, наивен, невнимательно слушал своих мудрых наставников. Считал, что никто не имеет права решать за меня, с кем мне быть. Я ведь был так силен, и чертовски богат.
Единственным, что омрачало мою жизнь, было наличие невесты. Её звали Тамара, но я упорно именовал её безликим словом Сафрон, не желая даже в мыслях нарекать девушку именем.
Нет, вначале я не относился к ней плохо. Та девочка была по-своему симпатичной, но я не понимал, почему она должна стать именно моей женой. Почему не держать её в роли любовницы, в роли подруги…
Теперь-то я знаю, что чистая энергия производится только в чистой душе, и несчастливый человек неспособен дать то, что дает счастливый.
Теперь-то я понимаю, почему мои умные предки завещали нам заботиться о своих Сафрон и ставить их желания выше собственных. Делая счастливыми их, мы делали счастливыми себя.
Но я… я не верил в истории со счастливым финалом. Я не верил, что можно полюбить навязанного тебе человека.