Марка ситуация забавляла: он планировал «поиграть» с энергетическим полем, и временно наложить на Эльзу ауру самой Тамары. Это гарантировало, что Эрих не устоит перед этой женщиной, он захочет её в свою постель. И не узнает, что на самом деле его тянет не к Эльзе, а к Тамаре, девушке, о которой он отзывался так пренебрежительно.
— Она глупа, не умеет поддержать беседу, одевается плохо, — часто повторял Эрих в ответ на просьбы матери навестить невесту.
Марк слушал, кивал, а сам думал: «Если бы ты видел, какая она на самом деле… но ты не увидишь, потому что Тамара — моя. Ты сам мне её отдал, много лет назад, когда вместо того, чтобы следить за своей подрастающей невестой, защищать её и охранять, попросил об этом меня. А я не отдам, она — моя».
Эльза
•• • ••
— Запомни, Эльза должна увидеть в тебе слабую запуганную женщину. Ты выше неё социально, и она может побояться идти против твоей семьи. Именно поэтому ты должна убедить её, что если твой жених обратит на неё внимание — ты не станешь устраивать скандал. Ты меня поняла?
— Да, Марк, я поняла.
— Она должна не побояться лечь в постель к твоему жениху. Она это сделает, если ты её подтолкнешь.
— Почему ты так в этом уверен?
— Потому что я видел её ауру. Эльза — гнилая, несмотря на ангельское личико.
— А я… какая я, Марк?
Мужчина заправил ей за ухо выбившуюся прядь.
— Ты прекрасна. У тебя светлая аура, она отображает все твои надежды, желания… ту энергию, что есть в твоём теле. Ты… очень необычная Сафрон, я таких раньше не встречал.
— Это потому, что я твоя! — сказала Тамара беззаботно, и ушла в сад.
А он смотрел ей вслед, и сердце сжималось от нежности.
«Моя… моя и только моя. Никому не отдам!»
В день приезда Эльзы, Тамара встречала её на крыльце. В скромном платье, которое раньше она бы одела разве что на похороны, Тамара приветствовала на пороге своего дома женщину, которой было суждено увести у неё жениха.
— Здравствуй, кузина, — поприветствовала Тамару Эльза, сделав книксен, — спасибо за приглашение погостить у вас.
Тамара кивнула, а сама подумала: «Ну надо же, а выглядит как ангел».
…
— Когда мне их познакомить? — спрашивала Тамара, млея от поцелуев Марка, который в тот день тайно пробрался к ней в комнату.
Ветер баюкал ветки, деликатно постукивал в окно небольшой девичьей комнаты на третьем этаже, где двое страстно любили друг друга.
Марк снял с неё одежду, оставив девушку в легкой хлопковой рубашке.
— Боже, я совратил ребенка! — хмыкнул он, глядя на простецкое одеяние. — Я тебе что, мало ночных одежд покупаю. Почему не носишь?
— Ношу! — зарделась Тамара. — Но ты бы хоть предупредил, что придешь, я бы… переоделась. А не так, как сегодня: в окно залез! Где ваши манеры, господин Нойман!
— У тебя под юбкой мои манеры, — рассмеялся мужчина, повалив Тамару на кровать.
— Знакомь как можно скорее, — сказал он, поправляя её спутанные волосы. Поверь — дальше дело пойдет как по маслу.
— Так уж по маслу?
— Еще бы! Я каждый день вливаю в неё столько гордыни и самолюбия, что она на что угодно пойдет, лишь бы забрать у тебя состоятельного жениха. Она уже знает, что у тебя с Эрихом Нойманом идет к помолвке, и завидует тебе черной завистью.
— Смотри мне, — Тамара схватила Марка за плечи, — сам не попадайся ей на глаза.
— Ревнуешь меня?! — рассмеялся мужчина.
— Марк, я не шучу, — она укусила за плечо, на что мужчина громко захохотал…
Ветер стучал в их окна, луна тоже заглядывала, но деликатно, боясь потревожить счастье двух влюбленных.
А на следующий день Эрих сделал ей предложение… на которое напуганная Тамара ответила отказом.
Тогда-то она увидела еще одну грань характера этого мужчины — отказов он действительно не принимал.
•• • •• • ••
Спустя несколько дней Эрих Нойман сделал Тамаре предложение. Сделал его грубо, навязчиво, омерзительно неправильно.
Тамара была настолько обескуражена, что не смогла сдержать себя в руках — показала настоящий характер, поставила наглеца на место, а затем, заплаканная, прибежала к Марку — просить совета.
— Он не отпустит, — Марк гладил Тамару по спине, сдерживая в себе желание схватить девчонку, спрятаться с ней где-то далеко, и забыть о семье, об обязанностях, и проклятом старшем брате, у которого было все, чего он, Марк, так сильно желал.