Несколько сотен обитателей Атлантиды чудом уцелели только на одном острове, расположенном на расстоянии почти в 500 километров к югу от будущей Мадейры (возможно, это были мореплаватели, чьи корабли в роковой момент оказались на достаточном расстоянии от эпицентра катастрофы). Поселившиеся здесь были, видимо, не самыми образованными, не самыми грамотными гражданами Атлантиды, воссоздать хоть какое-то бледное подобие цивилизации, существовавшей на их «большой земле», им было не под силу. И вообще, в такой ситуации «не до жиру – быть бы живу». Как это по науке и должно быть с подобными колониями, началось постепенное одичание. Знания и навыки забывались, достаточно рано была утрачена письменность. Произошло возвращение к примитивной форме родоплеменных отношений.
Когда много столетий, а может, и тысячелетий спустя испанцы приплывут к этому острову, то обнаружат там дикарей, у которых только-только начал зарождаться – или возрождаться? – товарообмен и выделилась знать – племенные вожди. Свой остров потомки кроманьонцев называли Анчерифе в честь одного из крупных центров, может быть, даже столицы погибшей Атлантиды; со временем это название дойдет до наших дней в искаженном виде: Тенерифе. Где-то в пятом столетии до нашей эры здесь побывал самый известный мореплаватель того времени Ганнон бен Гамилькар Магонид, он же Ганнон Путешественник. Он обнаружил на острове развалины каких-то величественных зданий, но не нашел людей и решил, что население остров покинуло. Возможно, что гуанчи просто предусмотрительно попрятались, ведь Ганнон, помимо прочего, был еще и полководцем и одним из правителей Карфагена, так что, скорее всего, он прибыл на остров в сопровождении своей армии.
Руи Нельсон считает, что гуанчи сыграли большую роль и в истории Мадейры. Именно они якобы были мастерами передвигаться в горах с помощью длинных гибких шестов, принеся этот навык с Тенерифе.
Октавиу отказывается верить в распространенную версию про берберское происхождение гуанчей. Какие же берберы, когда они были все как на подбор высоченными блондинами с голубыми глазами! Но допус-кает, что, наоборот, берберы произошли от перемешавшихся с местными племенами гуанчей.
Завоевавшие Тенерифе и другие близлежащие острова испанцы нарекли их Канарскими, а обитавших там большеголовых высоких блондинов обратили в рабство.
Кстати, о том, откуда взялось название «Канарские», между учеными идут споры. Одна из теорий гласит, что их назвали «собачьими островами», но имелись при этом в виду обитавшие там в большом количестве тюлени-монахи, которые на латыни называются Canis marinus, то есть «морские псы». Португальцам эти морские звери напомнили волков, а испанцам – собак. Но в таком случае Канары – «тезки» родного города Октавиу – Камара-де-Лобуш!