С одеждой покончили, приступили к лицу и прическе. Глаза сделали вызывающе-дикими, наглыми… Губы стали безумно яркими и даже пошлыми. А волосы… Волосам устроили творческий даже не беспорядок, а самый настоящий хаос и закрепили специальным гелем.
К зеркалу подошла — сама себя не узнала. Честно-честно!
В общем, к выходу я готова. Общими усилиями справились меньше, чем за семь минут. К выходу на сцену готова, вот осталось только осталось дождаться пока ребята не откорректируют мелодию с моего наручного компа, которую я использую в качестве звука будильника, так чтобы под неё можно было что-то спеть, прохрипеть, проговорить, прокаркать, на худой конец. Главное в ритм попасть, но это уже мелочи, ведь песня для своего будильника писалось специально для меня одной моей бывшей подругой(ещё одна жертва звездной болезни)…
Но это уже потом, но тогда мы были студетками последнего курса. Ей срочно нужна была обложка к первому пробному альбому, а денег не была — вот я по дружбе и склепала, за что получила шутливую песню-благодарность.
М-да, столько лет прошло. Пути разошлись, а песня осталась, осталась со мной и до сих пор не плохо так поднимает мне настроение. Постоянно напеваю, когда хочется что-то или кого-то послать…
Танец продолжался. Эрик и Хлоя кружились. Не сказать, что их движения были верхом красоты и слаженности, но и ничего необычного в них не было… Пока они резко не остановились, хотя вальс продолжался.
Судя по всему, парочка перебрасывалась словами, а затем Хлоя хмыкнула, вывернулась из танцевальной поддержки и быстро куда-то пошла.
Куда, зачем… Те ещё вопросы.
Хлои не было минут 15, а потом начало твориться НЕЧТО.
Резко вырубился свет, а потом загорелся, но почему-то только на сцене, на которую под звуки громкой, ритмичной, электронной, музыки всплыло ЭТО.
Стефану стоило большего труда узнать в ЭТОМ Хлою, хотя стоит признать: ей, как ни странно, шло. Но данный факт особого значения не имел: подобному наряду, выходке не место именно здесь и сейчас. На мероприятии, где сверкают драгоценные камни, где хвастаются нарядами, успехами и положением… И да, льётся только живая музыка самого лучшего качества.
Возможно, глупо, но цель таких вечеров: показать особенность, избранность… А тут… Хлоя босыми(Босыми!) ногами по гордости, но это ещё цветочки.
Ягодки начались, когда она-таки запела, ритмично двигаясь в какой-то странной собственной манере.!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!Взяты отрывки песни МАКСИМ «ВЕСНА»!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
«Я такая эффектная, я иду по тротуару,
Мне завидуют женщины, ловлю на себе взгляды,
Я самая шикарная и умопомрачительная».
Хлоя абсолютна не смущалась, она словно наслаждалась ситуацией. Её жесты становились ярче, решительнее, крепче.
— Что-что, а двигаться она умеет. — пробормотал Арчибальд МакДи. Он хотел сказать что-то ещё, но договорить не успел, так как начался второй куплет:
«Я не буду растрачиваться, я знаю себе цену,
Не ищу в жизни мачо, я в любовь святую верю,
Самую шикарную и умопомрачительную».
На этом месте Стефан мог поклясться, что Хлоя чуть наклонилась и посмотрела на Крамера, но это длилось лишь секунды, после чего она резко крутанулась и продолжила:
«Не смотрите вздыхая, я на правила чихала,
Кодекс ваш не читала, так живу и ведь живая,
Я смотрю в глаза при встрече всем кто попадается мне».
!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!Взяты отрывки песни МАКСИМ «ВЕСНА»!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Это был полный… В смысле, Стефан, а вместе с ним и глава клана МакДи выпали из реальности, пытаясь всё-таки понять, что это всё значит, к чему и зачем, как…
Этими сложнейшими подсчётами мужчины так увлеклись, что сами не заметили, как песня подошла к концу — и в зале появилось нормальное освещение, а со сцены под полное молчание разнеслось:
— Прошу прощения, что помещала отдыху почтенных господ, но я имела глупость заключить неосмотрительное пари с нашим дорогим и уважаемым господином Эриком Крамером, результатом чего и стала эта импровизация: уж, очень мне выиграть хотелось. Так сказать, дело чести, но не беспокойтесь больше терзать ваши уши не буду.
Хлоя озорно улыбнулась, поклонилась, после чего скрылась, пропуская следующего исполнителя.
Дальше всё пошло по плану, но «зал», пожалуй, полностью очухался только к концу приёма.
Правда, ни Стефана, ни Арчибальда МакДи эти вопросы не волновали.
— Попробуй узнать, на что они спорили. — попросил Сэр. Впрочем, он мог и не просить. Стефана самого разрывало любопытство.