Она покачала головой, зная, что если начнет говорить, то разрыдается, как ребенок. Поскольку она была слишком эмоциональна, чтобы утешить его словами, она начала отчаянно его обнимать. Сначала он просто терпел, но через мгновение его руки потянулись к ней, и он тоже обнял ее. Она таяла в его руках, вдыхая его запах, поглощая его тепло, впитывая не только его силу, но и слабость.
– По крайней мере, у тебя был отец, – прошептала она.
– Да, – сказал он уныло. – Старый добрый папочка.
Тони слегка отодвинулась, чтобы увидеть выражение лица Логана. Он криво усмехнулся.
– Нет, он не бил меня, ничего такого, – сказал он, – не надо смотреть на меня так печально. Он констатировал, что я был одет и накормлен, что занимаюсь спортом и играю на трубе, но его с трудом можно было назвать любящим.
– И он больше не женился?
Он покачал головой.
– Не–а. Знаешь, в магазинах бывают такие вращающиеся двери? У отца была такая в спальне, когда он был женат на моей матери, да и после развода тоже. Я не понимал, что происходит, пока не повзрослел.
Тони съежилась. Она понятия не имела, о чем он говорил.
– Что еще за вращающаяся дверь?
Он рассмеялся и погладил ее по голове.
– Просто через нее проходило очень много разных женщин.
– Ой. Значит яблоко от яблони недалеко упало.
Логан посмотрел на нее, как будто она его ударила.
– Я не такой, как он, – сказал он, откидываясь на диван, чтобы они больше не касались друг друга.
Она подняла бровь. Он правда надеялся, что она поверит в это?
Он потер свою челюсть одной рукой и сжал ее – пытаясь сдержаться от очередной лжи? Его встревоженные голубые глаза отказывались встречаться с ее взглядом.
– Все не так, – наконец произнёс он.
– А как?
– У меня нет впечатлительного ребенка, который бы наблюдал за мной. Я никогда не предавал того, кто любит меня, так, как он предал мою мать.
– Это правда.
Поскольку Логан частенько хвастался своей собственной так называемой вращающейся дверью в спальне, она не сообразила, что ее заявление так сильно его расстроит. Но он по–прежнему избегал ее взгляда. Она боролась с желанием приласкать его, пока они сидели в неловком молчании, и внимательно наблюдала за ним. Он смотрел на стену, пытаясь прожечь в ней дыру.
– Как тебе это удается? – спросил он, и его взгляд наконец–то переключился на ее.
Она в замешательстве покачала головой.
– Что удается?
– Заставить парня излить тебе душу в один момент, а уже в следующий оценить все его перспективы на будущее.
Она пожала плечами.
– Думаю, у меня дар.
– Это точно. – Он снова приблизился, их колени соприкоснулись, и он игриво толкнул ее ногу.
Она начала думать, что их небольшая размолвка лишь укрепила их отношения, а не повредила им. Она никогда не видела, чтобы ее родители спорили. У них определенно возникали разногласия, но они находили способ защитить ее от лицезрения этого. Она задумалась, а вдруг то, что она видела лишь хорошее в отношениях между ее родителями и ни разу не была свидетелем их ссор, каким–то образом исказило ее представление о взаимоотношениях в целом. Представление Логана о романтических взаимоотношениях, очевидно, сформировалось на примере измен его отца. Она полагала, что им самостоятельно придется искать баланс, необходимый для здоровых отношений.
– Значит, ты играл на трубе? – спросила она.
Он рассмеялся и кивнул.
– Я слышал, что это укрепляет губы и делает тебя превосходным мастером поцелуев.
– Это сработало? – Она выпрямилась, пытаясь выглядеть обнадеживающе.
– Тебе должно быть виднее. Ты не раз ощущала на себе мои сильные губы. – Он вытянул губы трубочкой и издал характерные при поцелуе звуки. Когда он начал двигать языком туда–сюда, она не сдержалась и засмеялась.
– Мне не с чем сравнивать, – призналась она. – Тимоти в шестом классе был очень слюнявым. Брент на дискотеке в средней школе был прерван другом. Тот пьяный парень в колледже так присосался, что у меня онемели губы. Несколько месяцев назад я играла в бутылочку с Джулианом и его друзьями – все поцелуи были, м–м, лаконичными. – И платоническими. – А потом был ты. И ты определенно лидируешь, но… – Она подняла руки и покачала головой.
– Что за Джулиан?
– Друг, – сказала она, покраснев, вспоминая, как Джулиан угрожал снять ей мужика–проститутку в Вегасе. Слава богу, она лишилась девственности, даже если он и не поверил ей. Она вдруг вспомнила, что не видела свой телефон целый день. Реальная жизнь очень быстро стала куда интересней, чем сенсорный экран.
– Судя по твоему румянцу, Джулиан больше, чем друг. Ты влюблена в него?