Дарий повернулся к подруге, крепко сжав ее ладони. Ночь была темной, но глаза призрака блестели, а сам он слабо фосфоресцировал.
— Ева, — взволнованно начал он, — ты мой единственный шанс! Мне просто необходимо попасть в Серпент, найти ее там или где-то в другом месте и поговорить. Это возможно только лишь с твоей помощью. Я прошу тебя, помоги мне!
Дарий встал на одно колено, умоляюще глядя Еве в глаза. Она растерялась. Никто и никогда не говорил с ней так. Никто до этого момента не просил ее о помощи. Все в Гланбери, кроме ее родителей, либо избегали ее, либо над ней смеялись. Глядя на отчаявшегося призрака, она одновременно испытывала сразу несколько чувств: смятение — неужели он всерьез считает, что она может помочь ему? — сочувствие, жалость, но вместе с тем благодарность за оказанное доверие. Едва сдерживая слезы от нахлынувших чувств, Ева ответила:
— Я отвезу тебя в Серпент! Чтобы добраться до Стеклянных островов, потребуется судно. Как только я увижу Строма, поговорю с ним об этом, и, думаю, он мне не откажет.
В ответ Дарий заключил Еву в ледяные объятия.
Глава 4. Некромант
Капитан с Цербером не заходили еще несколько дней. Такое бывало раньше, когда они отправлялись в долгие путешествия. Дарий терпеливо ожидал их возвращения.
Стояли теплые дни, и нондиверы окончательно высушились. Ева заваривала их как обычно и теперь вздохнула спокойно: проклятие никак себя не проявляло, а значит, и она, и окружающие в безопасности до зимы. А там уже подрастут новые цветы. Ева по обыкновению заходила в лавку аптекаря, чтобы отнести травы, заготовленные ранее, а по дороге часто встречала Треора. Он приветственно махал ей рукой издали. Ева привыкла к нему и даже стала махать в ответ. Его экипаж останавливался на перекрестке, где уже ждали какие-то люди. Ева хотела спросить, куда они едут, но Треор никогда не останавливался, чтобы поговорить. Было похоже, что он сильно спешил.
Наступил август, и туман накрыл Сомнус. Ева возвращалась домой узкими улочками, срезая путь через уютные дворы. Впереди шумела река. Она брала начало в горах, окаймляющих город с материка, и бурным потоком пересекала Сомнус с востока на запад. Выйдя на мост, Ева услышала звук шагов за спиной. Она обернулась. Это был Шут.
— Где же Стром? — прохладно спросила она.
— Мы сели на мель на архипелаге, капитан остался чинить пробоину, — ответил Шут. — Я прибыл один другим кораблем, — он указал рукой в сторону причала: большое грузовое судно виднелось вдалеке за деревьями, — но сегодня же должен уехать. Отправляюсь через час. Я искал тебя.
— Вы уезжали?
— Да, ездили в одно место, — Шут нервно поправил шляпу и вынул из-за пазухи конверт. — Раснария нашел кое-что для тебя. Просил передать.
— Что там?
— Кое-что важное. Посмотри это одна. И еще… — Шут выглядел очень серьезным, таким Ева раньше его не видела. — Может быть… может, ты поедешь со мной?
— Куда? Ты какой-то странный, что происходит? — Ева нахмурилась.
— Ну, куда… Стром сейчас починит корабль и собирается взять курс на юг. Скоро Большой Эмпорий, а у нас не так много вещиц, способных заинтересовать Вормака. Поехали с нами, Ева. Ты ведь хотела увидеть корабль Соллера.
Ева не узнавала Шута: он показался ей очень взволнованным. Они стояли на мосту, под которым шумела река. Вода ударялась о камни, взмывая кристальными брызгами, которые тут же поглощал низко стелющийся туман.
— Я собиралась поехать с вами, но не одна, — ответила Ева. — Дарий попросил меня кое о чем… и… вообще, мне нужно поговорить об этом со Стромом, когда он вернется.
— О чем же тебя просил твой призрак? — насторожился Шут.
Ева замялась. Шуту она говорить не хотела. Не хватало снова терпеть его насмешки!
— Да так, — уклончиво ответила она. — Я бы хотела поговорить лично с капитаном.
Шут взял ее за плечи и, глядя в глаза, сказал:
— Ты можешь довериться мне.
У Евы засосало под ложечкой. Перед ней стоял тот Килан, каким она запомнила его в тот день, когда он научил ее стрельбе. Участливый, добрый, заботливый и сильный. Хотелось зарыться в его объятия и раствориться в тепле, исходящем от его рук. Он не походил на того нахала и хама, в которого превратился в последнее время. Можно было подумать, что у Цербера появилась еще одна личность — еще один Шут! Сколько же теперь их в этом теле? Четверо?!
Как бы там ни было, такому Шуту сопротивляться Ева не могла.
— У Дария есть незавершенное дело, — сдалась она. — Пока вас с капитаном не было, мы много говорили. Я чувствую его прикосновения! Я могу держать его за руки, могу обнять: его руки не проходят сквозь мои, как это случилось тогда, со Стромом!