– Я не могу, – говорю я.
– Из-за Вал?
Я киваю.
– Почему для тебя это так легко?
– Я ужасно себя чувствую, но знаю, что мне будет гораздо хуже, если я позволю тебе уйти. Я схожу с ума, просто находясь с тобой в одном коридоре, и ничего не могу с этим поделать.
Он, что? Заранее подготовил речь? Даже если и так, я замираю от переполняющих меня эмоций. Эти слова глупо звучат до тех пор, пока парень не произносит их именно для тебя.
– Что мы делаем? – спрашиваю я. – Я не могу встречаться с тобой за спиной у подруги.
– И не надо. Если бы она увидела, как хорошо нам вместе, то все бы поняла. Ведь Вал хочет, чтобы мы были счастливы, – Эзра говорит это, он совершенно не знает свою девушку. – Думаю, ее больше расстроит, если мы будет продолжать скрываться.
– Она будет несчастна в любом случае.
Эзра переплетает наши пальцы, и я чувствую покалывание в руке от его тепла.
– Я не хочу причинять боль Вал, но почему мы должны быть несчастны в угоду ей?
Я отстраняюсь. Теперь она уже делает его несчастным? Немного неприятно. Вал же не какой-нибудь диктатор одной из стран третьего мира.
– Я неправильно подобрал слова, – говорит Эзра. И снова берет меня за руку. – Не несчастным. Просто с Вал не так хорошо, как с тобой. Между нами есть химия. Ты же и сама это видишь.
Я пристально смотрю на небо, пытаясь найти там ответ. Но все, что вижу – Полярную звезду и еще какие-то едва заметные маленькие звездочки. Несомненно, между нами что-то есть: нам комфортно в обществе друг друга и присутствует физическое притяжение. Для меня все это в новинку. Ух, наверное, мне все же следует испытать это на своей шкуре. Да, я хочу этого.
Я глубоко вздыхаю.
– Как ты себе все это представляешь?
– Я… я не знаю. Думаю, что первым делом начну встречать тебя утром у твоего шкафчика, – говорит он. Эзра пытается поцеловать меня еще раз, но я уворачиваюсь.
– А что насчет Вал? Тебе нужно расстаться с ней.
– Я сделаю это перед классным собранием.
– Эзра! – Чувствую, как вокруг меня смыкаются стены. Мне нужно время, чтобы осознать происходящее. Значит ли это, что теперь у меня есть парень? А разве нет какого-нибудь промежуточного этапа? Жаль, у меня нет инструкции.
– Чем дольше мы ждем, тем сильнее она расстроится. Мы должны сказать ей.
– В конечном счете, да, – говорю я, спрыгивая с качели. Мне необходимо двигаться. – Нам нужно подождать. Во-первых, тебе немедленно нужно расстаться с Вал. Пару недель будем делать вид, что между нами ничего нет. Она как раз успеет прийти в себя, и я привыкну ко всему этому. А потом и начнем. – У Эзра однозначно не будет проблем, потому что люди в первую очередь винят во всем другую женщину. Может, я и не популярна, но средняя школа Ашлэнд не упустит возможности поязвить и посплетничать.
– Что значит «а потом и начнем»? – спрашивает он, опуская взгляд. – Ты имеешь в виду, станем официальной парой?
– Типа того.
– Но я не хочу ждать. Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой прямо сейчас.
– А я думала, что ты не мыслишь штампами, не наклеиваешь ярлыки.
Я предпочитаю ярлыки на своей одежде, а не жизни, и почему все всегда сводится к отношениям? И все-таки, я не уверена, что готова к этому. Не хочу вступать в ряды зомби Ашлэнда. Не хочу, чтобы меня знали только как чью-то девушку. Не хочу начинать все свои фразы со слов «мой парень».
Эзра хлопает рукой по сиденью, и я присаживаюсь рядом с ним. Его руки липкие от пота, и мне приятна такая власть над ним, что он нервничает.
– Бекка, знаю, это слишком быстро. Но... ты смотрела «Когда Гарри встретил Салли»?
Я киваю. Это одна из немногих романтических комедий с Мэг Райан, которая мне нравится.
Он пристально смотрит мне в глаза, как тогда, на катке.
– Помнишь ту сцену в конце, где Гарри говорит Салли: «Когда понимаешь, что хочешь провести остаток своей жизни с кем-то, ты хочешь, чтоб остаток твоей жизни начался как можно скорее». Вот то, что я чувствую к тебе. Конечно, не «остаток жизни», но ты... ты та девушка, которую я искал. Ты не похожа на других. Ты невероятно интересная. Возможно, это звучит безумно, но я начинаю в тебя влюбляться.
Я наклоняюсь вперед и целую его, глубоко, с языком, но не грубо, наши лица тесно соприкасаются, как арахисовое масло с желе.
– Не знаю, смогу ли сдерживаться и не дотрагиваться, не целовать тебя каждый раз, когда вижу в школьном коридоре. Но я постараюсь, – говорит он.
Я краснею при мысли о том, что Эзра не может мной насытиться.
– Расставанье – маленькая смерть, – шепчу я.
– Именно, – отвечает он, целуя меня снова. Нужно будет договориться встретиться в субботу после обеда, чтобы вдоволь нацеловаться. Эзра отстраняется, но наши лица все еще так близко.
У меня странное ощущение, что за нами наблюдают. Смотрю на дом и вижу в одном из окон Диану, не сводящую с нас взгляд. Она сразу же закрывает жалюзи.
30
Эзра даже жует очаровательно. Я украдкой поглядываю на него, стоя в очереди за едой. В школе я постоянно нахожусь в возбуждении из-за наших маленьких уловок: то незаметно обмениваемся взглядами, то находим способы, прикоснуться друг к другу в коридоре.
– Привет.
Тарелка с салатом чуть не выпадает у меня из рук. Позади меня стоит Фред, кладя на свой поднос сэндвич, чипсы и кока-колу. Жаль, что мне нельзя столько есть.
– Мы можем поговорить? – спрашивает он. – Наедине?
– Конечно, – я следую за Фредом, не забывая оглянуться, чтобы еще раз взглянуть на Эзра. Мы идем, наверное, к единственному оставшемуся во всем штате телефону-автомату. – Что случилось?
– Ты специалист по разрывам?
Мой желудок скручивается. Я знала, когда-нибудь люди что-нибудь заподозрят, но не думала, что меня обвинят вот так напрямую. Даже нет времени, чтобы что-то придумать. Фред настроен очень серьезно. Он уже сделал выводы, ему нужно только подтверждение.
– Что? Нет, конечно.
– Я видел, как ты засунула телефон Стива между подушек на вечеринке у Криса. А потом началось все это шоу по поводу смс. Тогда я начал думать, что между всем этим есть какая-то связь.
– Я не брала его телефон.
– А затем я вспомнил твой план мести Джереми. То, как ты говорила о нем... выглядело странно... будто ты не первый раз это делаешь.
Руки вспотели. Ставлю поднос на телефонный аппарат. Я думала, что была так умна и осторожна, но, судя по всему, не настолько.
– Подожди. О чем ты говоришь? – мой голос звучит неубедительно. – Я ничем подобным не занимаюсь.
Отрицай, Ребекка, просто все отрицай. Лицо Фреда приобретает удрученный и хмурый вид. Он хочет, чтобы я ему доверилась, но я не могу. Этот секрет слишком ценен. Если он его раскроет, то станет героем в нашей школе, да и в любой другой. Он станет героем для Хаксли и Стива. Его социальное положение моментально взлетит до небес. А он слишком умен, чтобы не воспользоваться этим.
– Пойду поем. Перемена скоро закончится.
– Бари всюду сует свой нос и собирает девчонок, которые пользовались услугами специалиста по разрывам. Она все ближе и ближе становится к разгадке. Чтобы ты ни планировала, откажись, пока не поздно. Оно того не стоит.
Я стою, неприступная как крепость. Даже не кивнула ему.
– Послушай, – он дотрагивается до моей руки, но сразу же отступает, как будто я кусаюсь. – Не уверен, зачем ты это делаешь, но, возможно, настало время остановиться. Ты не можешь продолжать манипулировать людьми подобным образом. Отношения и так довольно сложная штука.
– Ты-то откуда знаешь? У тебя никогда не было девушки, – я делаю паузу, опешивши от своей грубости. – Так что, допрос окончен? Мне бы хотелось вернуться за свой столик.
Фред качает головой, в этот момент он больше напоминает учителя, нежили друга.
– Я тебя не держу.
Я оставляю Фреда стоять возле телефона-автомата и пытаюсь перебороть чувство вины, нахлынувшее на меня. Мне нужно думать о себе.
Скоро все закончится, повторяю я про себя, моя дружба с Хаксли – явление временное.