Что, черт возьми, произошло?
Именно тогда мы узнали, что, когда крайний вертолет закончил дозаправку, он начал взлетать, уходя от места заправки. Но летчик потерял ориентацию в облаке пыли и отклонился слишком далеко вправо, так что лопасти вертолета пробили верхнюю часть С-130. Это привело к тому, что вертолет оказался сверху самолета у основания его левого крыла. При ударе огромный дополнительный топливный бак, расположенный в грузовом отсеке вертолета, взорвался, и горящее топливо залило транспортник, а вращающиеся винты самолета разбрызгали на себя топливо, способствуя собственному самосожжению.
Беквит приказал подняться на борт С-141, который ждал нас, чтобы доставить обратно в Египет. Оттуда мы возвращались в Штаты и думали о чем-то другом. Это был печальный, тихий, полет. Все были погружены в себя.
Когда мы прибыли в Штаты, то перегрузились на пару C-130 для короткого перелета на наше конспиративное место, принадлежащее ЦРУ. Весь эскадрон «В» расселся в кормовой части нашего самолета для взлета. Старший борттехник размахивал руками и кричал, что половина из нас должна переместиться вперед, но мы послали его к черту. Никто не двинулся с мест, занятых возле этих спасательных задних люков.
Вернувшись в лагерь, мы бездельничали в своем укрытии, пока снаружи бушевали страсти и споры о неудачной попытке спасти заложников. Это было началом лихорадочного драматизированного освещения новостей, которое сейчас стало частью нашей национальной жизни. И пока мы смотрели и слушали телевизионных комментаторов, бесконечно пережевывавших это событие, я заметил Джей Ти:
— Парень, мы стали теми, кто стал причиной всего этого.
Однажды воскресным утром к нам прибыл президент Картер. До этого для нас он являлся далекой фигурой, но после визита мы очень полюбили его и прониклись большим уважением и привязанностью к этому человеку. Он сказал нам, что берет на себя полную ответственность за то, что произошло, и что с нашей точки зрения никакой охоты на ведьм не будет.
Во время визита президента случился забавный эпизод. В поездке Картера сопровождал советник президента по национальной безопасности Збигнев Бжезинский. Президент прошел сквозь ряды собравшихся, разговаривая с нами по отдельности, а Бжезинский следовал за ним. Именно тогда мы заметили, что у того, хотя он и был одет в деловой костюм, на ногах была пара ярко-зеленых высоких резиновых сапог, из тех, что носят, когда вычищают конюшни или кормят свиней.
Мой товарищ, Бранислав Урбански, стоял справа от меня, и, когда Картер остановился, чтобы поговорить со мной, я услышал, как Бжезинский и Бранислав болтают по-польски. Когда политики ушли, я спросил Брани, что он сказал своему соотечественнику. Тот с восторгом ответил:
— Я спросил Бжезинского, почему он надел эти дурацкие сапоги, и он ответил мне: «Президент позвонил мне всего за несколько минут до того, как мы покинули Вашингтон, и сказал: “Я хочу, чтобы вы отправились со мной, мы едем на ферму”. Ну и я подумал…» (Секретное место ЦРУ, которое мы использовали, называется «Ферма»).
Когда мы, наконец, вернулись в Форт-Брэгг, нам сказали уйти — исчезнуть на две недели — а затем позвонить и получить новые инструкции. До тех пор мы должны были залечь на дно, избегать прессы и расслабиться. И это именно то, что я сделал. С удочкой, маленькой лодкой и девятнадцатью жирными окунями в Джорджии в первый же день.
*****
ПОГИБШИЕ НА ПУНКТЕ «ПУСТЫНЯ ОДИН»
25 апреля 1980 года
КОРПУС МОРСКОЙ ПЕХОТЫ
Штаб-сержант Дьюи Л. Джонсон
Дублин, Джорджия
Сержант Джон Д. Харви
Роанок, Вирджиния
Капрал Джордж Н. Холмс
Пайн-Блафф, Арканзас
ВОЕННО-ВОЗДУШНЫЕ СИЛЫ
Техник-сержант Джоэл С. Майо
Рузвилль, Мичиган
Майор Ричард Л. Бакке
Лонг-Бич, Калифорния
Майор Гарольд Л. Льюис
Форт Уолтон-Бич, Флорида
Капитан Чарльз Т. Макмиллан
Коритон, Теннесси
Капитан Лин Д. Макинтош
Валдоста, Джорджия
*****
ИТОГИ БОЯ
Ужасно быть частью неудачи. Не имеет значения, была ли неудача вызвана чем-то, что вы сделали или не сделали, — вы все равно не выполнили задачу, и это жалкое, горькое, и ненавистное событие. Вина? Судьба и невезение, безусловно, сыграли свою роль.
Но важно понимать, что у нас есть возможность творить свою собственную судьбу, когда мы этого хотим. Мы можем собраться с духом и действовать, когда дела обстоят плохо, или мы можем найти множество причин, чтобы уйти, если мы не хотим двигаться вперед.
Довольно большое число экипажей вертолетов предпочло уйти, и именно это обрекло операцию на провал. Столкновение вертолета с C-130, когда на борту находился эскадрон «B», стало просто вишенкой на торте.