Четвертый человек, вышедший на точку, с тоской уставился на нас троих, сидевших вместе на дальней стороне поляны, когда проверяющий велел ему повесить рюкзак на весы и перейти к своему листу с инструкциями. Он просто стоял там, опустив плечи, вздымая грудь и опустив руки по швам. После короткой паузы он прерывисто вздохнул и произнес:
— Я добровольно ухожу.
Проверяющий ответил:
— Возьмите свой рюкзак и двигайтесь вон туда, вниз по склону, и садитесь, — и указал на место, находившееся вне поля зрения пункта встречи.
Бедняга отшатнулся и скрылся из виду. Назад он так никогда и не оглянулся. Наша маленькая группа держала рты на замке и только приподнимала брови, глядя друг на друга в молчаливом общении.
Какой отсюда можно извлечь урок? Очень простой. Не уходите! Никогда не сдавайтесь, несмотря ни на что! Продолжайте идти, пока кто-нибудь не скажет вам сесть. Продолжайте идти до тех пор, пока вы в состоянии передвигаться, независимо от того, насколько плохо, по вашему мнению, вы справляетесь. Просто не уходите.
Лагерь в ту ночь находился в другом месте с совершенно другой группой людей. Мы получили те же инструкции, что и накануне вечером, и устроились на ночной отдых. Но в тот вечер у медика, когда он прибыл на осмотр, уже появилось несколько посетителей.
*****
Следующий день: по большей части все то же самое, или как говориться в Панаме, “Lo mismo… pero peor.” То же самое… только хуже.
Длинные, изнурительные переходы по пересеченной местности никак не позволяли выбрать хороший маршрут. Я так и не смог проложить путь, который примерно соответствовал бы прямой линии между контрольными точками. Чтобы как-то с пользой использовать особенности местности, мне пришлось совершать изнурительные подъемы вверх по склонам, чтобы подняться на вершину протяженного хребта, который лишь смутно вел меня в направлении следующего пункта. Права на ошибку просто не было, но чем больше я уставал, тем труднее это становилось.
Примерно в середине дня все вокруг стало неспокойно. Я только что спустился с вершины хребта и нацелился на точку встречи, когда меня обогнали гражданские, мчащиеся по лесу на внедорожных мотоциклах.
Их было десятки, они были повсюду, моторы ревели, как разъяренные шершни. Я чувствовал себя медленно плывущим кораблем, вокруг которого жужжали камикадзе. Казалось, они двигались в том же общем направлении, что и я, — вверх по широкой, но быстро сужающейся лощине к проходу в горе, носящим название «Ответвление золотого рудника».
Как только я увидел контрольную точку, мимо меня пронесся мотоцикл, на котором сидел пассажир с рюкзаком, и держался за водителя. Да, все верно… Кандидат на отбор.
Мотоцикл остановился на точке, рядом с грузовиком проверяющего, и когда кандидат с него слез, я услышал, как он сказал инструктору:
— Думаю, это было слишком далеко, а?
— Положите свой рюкзак в кузов моего грузовика и устраивайтесь поудобнее. Скоро за вами заедет машина, — произнес проверяющий.
Парень повернулся к мотоциклисту, с которым он договорился о поездке, и сказал ему, помахав рукой:
— Спасибо, что подвез, приятель. Я догоню тебя позже. — Затем бросил свой рюкзак в грузовик и сел на бампер, в то время как мотоциклист вылетел с пункта встречи в потоке грязи и листьев.
«Ух ты! Это какой-то провал в чемпионате». Я отметил свою следующую точку и посмотрел парню в лицо, когда проходил мимо него к инструктору. Он развел руками, пожал плечами и ухмыльнулся, как бы говоря: «Ааа, какого хрена, я пытался».
Я улыбнулся ему в ответ и покачал головой, проходя мимо. Пока мы проходили ритуал выхода с точки, я внимательно наблюдал за проверяющим. Если «Беспечный ездок»23 и удивил его или нарушил его душевное равновесие, то я не смог этого обнаружить.
И вот еще один парень вошел в легенду отряда «Дельта». Даже сейчас, когда мы, старики, собираемся вместе и говорим об отборе и о том, что мы видели за эти годы, кто-нибудь неизбежно скажет: «А помните того парня, который въехал на точку встречи на заднем сиденье мотоцикла?» Приятель, кем бы ты ни был, я хочу, чтобы ты знал, что твое место в истории обеспечено. Почему-то думаю, что ты будешь доволен.
Остаток дня прошел в затуманенном от пота беге вверх по склонам, вниз по склонам и поперек склонов. Со вздымающейся грудью, пылающими легкими, дрожащими ногами и ноющей спиной. С изучением особенностей местности, подсчетом шагов и азимутами по компасу. Мое тело было мокрым от пота, лицо и руки были порезаны и исцарапаны ветвями, сучьями и шипами. Наконец, все это подошло к концу, и когда я в конце концов сел, то почувствовал себя пустым выжатым тюбиком из-под зубной пасты. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы закинуть свой рюкзак на борт грузовика и забраться следом за ним.