После своего возвращения ребята рассказали нам о своей работе. Их задача состояла в том, чтобы осматривать склоны перед мистером Фордом, затем пропускать его с основной группой кататься на лыжах, пока они вели наблюдение сверху, держа свои автоматы под лыжными куртками. Затем, перед поворотом или непросматриваемой зоной на склоне, они спускались на лыжах мимо группы, чтобы осмотреть склон ниже. Спустившись с вершины склона вниз, они затем мчались вперед к вершине следующего склона и повторяли все сначала.
Какая отличная работа! Все, что им нужно было делать, — это осматривать территорию и следить за ней — никакой тяжелой работы по организации кортежей, позиционированию транспортных средств, расчистке туалетов и никакого беспокойства о толпе в очередях у лифтов. Достаточно скоро мы все узнаем, насколько требовательной, монотонной и рутинной на самом деле является работа по физической защите. Но сейчас мы пытались освоить основы ремесла.
По большей части это звучит гламурно и интригующе, но должен сказать вам, что в полевых условиях шпионаж — это просто тяжелая работа, и к тому же, по бóльшей части, довольно скучная работа. Но это лучше, чем быть прикованным к столу в офисе или проводить свою жизнь, пялясь на задницу мула на ферме, где я запросто мог оказаться.
В шпионаже бывают волнующие моменты, но мы учились этому ремеслу не для того, чтобы стать шпионами. Сбор разведывательных данных был не тем полем, которое мы должны были вспахать, хотя, как потом оказалось, в этом мы ошибались. Мы учились этим навыкам, чтобы научиться проникать на чужую территорию и выходить с нее, а также чтобы организовывать операции в недружественных или откровенно враждебных странах. И первое, чему мы научились, — как проводить осмотр места будущей тайниковой связи и составлять об этом отчет.
Допустим, мы собираемся проводить операции в новом городе. Нам нужно будет спланировать способы связи через сообщения или встречи, включая тайниковые операции, конспиративные личные встречи и съем информации на автомобиле. Для всех этих действий мы должны найти несколько мест, каждое из которых должно иметь запасной вариант на случай, если пользоваться им будет невозможно. В рамках этого нам нужно проложить маршруты, которые позволят нам проверить всех, кто может следить за нами, и определить места, которые мы можем использовать, чтобы сбросить со своего следа любой подозрительный «хвост».
У нас должны быть места для использования днем и ночью, и мы должны быть готовы к тому, что какое-либо из них станет бесполезным из-за строительных работ или любой другой непредвиденной деятельности. Нам также необходимо убедиться, что никто иной не использует выбранное нами место.
Последняя часть очень важна. Все тайные полевые агенты (включая преступников), независимо от страны или правительства, используют для ведения своей деятельности одни и те же места, и одни и те же способы шпионского ремесла. Это как играть в бейсбол. Неважно, за кого вы играете — за Америку, Россию, Францию, Израиль или кого бы то ни было — способы действий всегда одни и те же.
Это сводит с ума — начать осматривать участок на предмет возможного использования и увидеть признаки того, что кто-то другой уже использует это место. Ощущение такое, как будто какая-то другая собака уже обоссала пожарный гидрант, который вы присмотрели.
Это особенно верно для тайников, потому что существует только два вида сигналов «закладки» и «выемки»: отметки мелом или канцелярские кнопки (да и то, с сокращением количества деревянных телефонных столбов в крупных городах сигналы канцелярскими кнопками, скорее всего, исчезли).
Если вы живете в Вашингтоне, в округе Колумбия, или в Нью-Йорке, иногда оглядывайтесь по сторонам, когда находитесь на улице. Если вы видите полосу мела на стене примерно на высоте кармана пиджака человека или, может быть, небольшой кусочек мела, раздавленный на тротуаре возле угла улицы, вы, вероятно, видите сигнал, оставленный агентом. С учетом распада Советского Союза и окончанием Холодной войны, прямо удивительно, как много из всего этого все еще продолжает использоваться. И если вы обращаете на это внимание, то вы это увидите. Наш инструктор рассказывал нам, что некоторые места в разных столицах мира были настолько покрыты меловыми отметинами, что агенты разных стран использовали мел разного цвета, и использование «чужого» цвета являлось ужасным нарушением социального и профессионального этикета. Такой себе «воровской кодекс чести».