Позднее в тот же день, когда мы подшучивали над его «дебютом» в Вашингтоне, Андрес улыбнулся с обманчивой улыбкой, но многозначительно кивнул Маршаллу и тихо произнес старую армейскую мантру мести: «Расплата — это медицинская эвакуация».
Мы провели еще несколько напряженных дней и ночей в Вашингтоне под пристальным вниманием Службы безопасности Государственного департамента, а затем тихо завершили свое обучение с этими очень способными людьми.
После совещания с нашими тренерами, Донни и Билл сказали нам подождать их в отеле, пока они не вернутся. У них должны были быть какие-то инструкции для нас, когда они вернутся после обмена официальными благодарностями и напутствиями в Государственном департаменте.
«Что-то готовится», — подумал я, пока мы маневрировали в пробке. В этой фразе о том, чтобы «ожидать инструкций, которым нужно следовать», запахло отбором. Ну, мы уже говорили об этом: «Отбор — это бесконечный процесс».
Но несмотря ни на что, наш КПО подходил к концу, и скоро мы должны будем формироваться в группы. Что совсем не означало, что сюрпризов уже не будет.
*****
Герхард Альтманн родился в Германии. Когда ему было всего пятнадцать лет, ему выдали плохо сидевшую на нем форму, гранатомет «Фаустпатрон» и отправили на заваленные обломками улицы умирающего Берлина сражаться с вездесущей Красной армией, которая рвала глотку гитлеровскому Третьему Рейху.
Захваченный победоносными русскими солдатами после двенадцати дней невыразимо жестоких боев, молодой Герхард оказался в лагере для военнопленных и просидел там в течение нескольких недель, пока ему и нескольким другим мальчикам-солдатам не удалось бежать. Он вернулся в разрушенный Берлин и обнаружил, что вся его семья погибла, а район уничтожен.
Герхард пережил ту страшную послевоенную зиму благодаря своей смекалке и твердости, присущей юности. Следующей весной он нашел работу на ферме к востоку от города. Позже в том же году он снова, по доносу осведомителя, был арестован русскими за сбор пулеметов и других военных трофеев. Снова сбежал, но на этот раз ему удалось добраться до Мюнхена, где он нашел работу в американской армии в качестве рабочего на военном складе. Здесь он мог работать по ночам, а днем заканчивать прерванное обучение.
Два года спустя, с помощью нескольких своих новых американских друзей, Герхард уехал жить в Соединенные Штаты. Там он незамедлительно записался в армию своих американских друзей и почти сразу же был отправлен в хаос сражений развязавшейся войны на Корейском полуострове.
После войны Альтманн, в соответствии с Законом о военнослужащих, получил университетское образование, после чего вернулся в армию в звании лейтенанта. И поспел как раз вовремя, для того, чтобы стать одним из первых военнослужащих недавно сформированного армейского спецназа. Во время командировки во Вьетнам он познакомился с Чарли Беквитом, и должно быть, произвел на будущего командира 1-го оперативного отряда спецназа «Дельта» неизгладимое впечатление, потому что когда подразделение только появилось на свет, Беквит выбрал его одним из своих первых штабных офицеров.
В пятницу после обеда, Альтманн доводил собравшимся на «Ранчо» сотрудникам отряда «Дельта» обновленную разведывательную информацию со всего мира. Он находил и раскрывал юмор в самых мрачных мировых событиях, а подача им этих ужасных отчетов о глобальном хаосе была настолько уморительной, что еженедельные совещания были известны как «Четырехчасовые анекдоты». Но однажды, в конце одного из таких собраний, он странно посерьезнел и сообщил нам:
— Джентльмены, надеюсь, вам никогда не придется идти в бой вместе со мной. Я был на трех войнах… и потерял всех. Боюсь, что в этом отношении я наихудший Иона64 и, возможно, мне следовало бы найти какое-то другое призвание в жизни.
Сейчас мы собрались в большом номере нашего отеля в Вашингтоне, и майор Альтманн проинформировал нас о заключительном этапе Курса подготовки операторов, который вполне подходяще назвали «Кульминационным упражнением».
— Мои юные друзья, — сказал Альтманн, приняв позу Дуче с поднятым подбородком и размахивая кулаком в воздухе, — вы продвинулись далеко, очень далеко, и теперь вы должны продемонстрировать, что можете применять свои приобретенные навыки на практике, в своей упорной, усердной и тяжелой работе. Перед вами стоит непростая задача. А почему она должна быть такой? Простая истина состоит в том, что наша миссия непроста. Будь иначе, нас бы сейчас здесь не было, потому что другие люди уже взяли бы на себя то бремя, которое вы сейчас так благородно несете.