В батальоне рейнджеров я прослужил целых восемнадцать месяцев, во время которых ни разу не приземлившись в самолете, на котором взлетал. Дошло до того, что я просто не верил ни в какое воссоединение с Матерью-Землей, если себя не контролировал. Джон был хорошим пилотом, наш перелет прошел без происшествий, а посадка оказалась гладкой, как шелк. Попрощавшись с пилотом-перегонщиком, мы неторопливо направились в главный ангар к ОСБ (оператору стационарной базы),79 чтобы организовать трансферт в город.
Для нас нашелся бесплатный автомобиль, но, поскольку до времени нашего подбора оставалось чуть больше часа, то прежде, чем отправиться в город, мы решили пообедать и потусоваться в аэропорту. На летном поле Пит завел разговор с молодым парнем, похоже, разнорабочим, и тот с радостью согласился подбросить нас до железнодорожного вокзала.
Мы прибыли на станцию за десять минут до контрольного времени. Буквально через несколько секунд после того, как пробило четыре часа, перед зданием вокзала остановился белый фургон с соответствующей маркировкой. Водитель сдвинул солнцезащитные очки на кончик носа, посмотрел на нас поверх линз, затем поднял очки и поправил наружное зеркало.
Это был условный сигнал что «все чисто». Мы положили наш багаж на заднее сиденье и забрались внутрь. В наших инструкциях было сказано, что водитель не будет с нами разговаривать, и мы тоже не должны задавать ему вопросы. Сделать это было несложно — никогда еще не встречал настолько тихого человека. Как будто машину вел человек-невидимка.
Мы проехали по шоссе №74 через небольшой город Лоринбург, в Северной Каролине, и в нескольких милях от него свернули на узкую гравийную дорогу, которая через пару сотен метров от шоссе привела нас к большому зданию, похожему на заброшенный терминал или склад автотранспортной компании. Когда мы остановились, я глянул на водителя. Он ответил на мой взгляд, а затем явно указал на дверь сбоку здания. Я повернулся было сказать своим товарищам, чтобы они подождали в фургоне, пока я осмотрю здание, но водитель жестом приказал нам всем выбираться. «К черту», — подумал я и сказал ребятам, чтобы фургон не уезжал, пока я не вернусь.
Выбравшись наружу, я дернул дверь. Она была заперта, но прежде, чем я успел постучать, кто-то открыл ее изнутри. Это оказался Джерри Нокс.
— Давай, Эрик. Бери своих парней и заходите внутрь. У водителя плотный график.
Я помахал Питу и Джону и жестом показал им выпрыгивать. Джерри придержал дверь, пока мы собрали свои вещи и вошли внутрь, а затем провел нас по короткому коридору, мимо нескольких небольших офисных кабинетов, и вывел через другую дверь на большую открытую площадку размером с небольшой авиационный ангар. Это место явно было живым. Вдоль одной из стен здания выстроились грузовики, рядом рядами была выложена вся наша индивидуальная и групповая экипировка. В дальнем углу, в закутке, располагался оперативный штаб. Ребята из отделения связи установили рации, а из высоких окон к антеннам снаружи тянулись провода.
Джерри отправил нас к Рону Кардовски на краткий инструктаж. Рон сообщил нам, что в рамках «Кульминационного упражнения» мы отрабатываем порядок действий при угоне самолета. Наш курс КПО формирует штурмовой отряд и выставляет пару снайперских команд. Сержантом отряда будет Рон, а его командиром — Джим Дэй. Джим Буш отвечает за снайперов и руководит оперативным штабом. Самолет, Боинг-727, сейчас находился на земле в аэропорту Лоринбург/Макстон, который в рамках легенды учений рассматривается как расположенный в другой, дружественной, но очень отсталой и коррумпированной стране. Джим Дэй и пара снайперов сейчас находятся в аэропорту, работают с местными властями и пытаются разобраться во многочисленной противоречивой и запутанной информации.
Рон сказал нам проверить информационную доску в оперативном штабе на предмет наших групповых задач, а затем переместить свое снаряжение в соответствующие зоны групп, которые отмечены на полу мелом. Я подошел к доске, чтобы взглянуть на нашу организационную структуру, и нашел наше место.
Штурмовой отряд: группа «C»
Командир команды: Хейни
Заместитель командира команды: Мастерс
Беневидес
Вандервоорт
«Группа С». Это означало, что во время штурма мы должны были входить в самолет по крыльям через запасной выход и двигаться в сторону кормы. Это также означало, что мы, вероятно, сформируем половину штурмовой группы на случай возникновения нештатных ситуаций, если дела вдруг пойдут плохо, и у нас не будет времени для проведения заранее спланированного штурма. Но если бы дело дошло до этого, это была бы всего лишь попытка извлечь максимум пользы из плохой ситуации и спасти что-то в разразившейся катастрофе. Экстренные, нештатные штурмы проводятся только тогда, когда террористы начинают убивать заложников.