Выписывая зигзаги и уворачиваясь, прижимаясь к земле, летя на волосок от нее, самолеты «Комбат Тэлон» прокладывали себе путь через бреши в зонах действия иранских радаров. Полет осуществлялся достаточно низко, чтобы, по выражению доктора Стрейнджлава, «жарить цыплят на скотном дворе».88
Даже по меркам спецопераций это был незабываемый полет. По пути я лежал у края рампы, под джипом отделения рейнджеров. Но когда прозвучал сигнал о трехминутной готовности, и выпускающий завопил: «Хватайся за что-нибудь и держись!» — я сменил свое положение и обнял диагональную распорку сразу за поворотным механизмом рампы.
Мы сильно приложились о землю — очень сильно — и без заметного изменения скорости или звука двигателя. Самолет не подпрыгивал; винты только изменили шаг, и мы замедлились так быстро, что казалось, будто приземлились в озере из патоки. Позже я узнал, что летчик выбрал аварийную скорость посадки на тот случай, чтобы, если самолет провалится сквозь корку на поверхности пустыни, у него все еще оставалась достаточная скорость, чтобы поднять его обратно в воздух. Охрененный пилот.
Рампа начала опускаться, как только на земле оказались все три колеса. Задолго до того, как самолет остановился, рейнджеры сняли цепи со своих мотоциклов и джипа и были готовы выпрыгнуть в пустыню. Моя группа должна была высаживаться первой, за ней следовали рейнджеры и остальная часть «Белой команды».
Но когда задняя часть самолета открылась, и мы смогли выглянуть наружу, мы увидели фары — прямо над нами! Мы выпрыгнули из самолета, как леопарды. Три машины выше нас! Впереди шел автобус, за ним бензовоз, и колонну замыкал небольшой пикап. Моя группа двинулась прямо к автобусу, обстреляв переднюю часть машины, — прямо в передний бампер положили сорокамиллиметровую осколочно-фугасную гранату из подствольника, а потом дали залп ниже, в выемку подножки, где пассажиры садятся в автобус. Огонь велся настолько близко к водителю, что он сразу же остановил свой автомобиль.
Билл распахнул плечом дверь, и командир нашего эскадрона, майор Логан Фитч, ворвался внутрь, пронесясь по центральному проходу как командир группы зачистки. Логан никогда не стоял в стороне, отдавая указания, он всегда вел за собой — и на этот раз поплатился за это. Когда он несся по проходу в заднюю часть автобуса, молодой человек сзади вскочил и ударил Логана по носу. Храбрый парень! Парня быстро стреножили, и Логан первым рассмеялся, вытирая кровь с губы.
Тем временем там, на Боговой делянке,89 происходили и другие события. Рейнджеры преследовали бензовоз, который теперь пытался уйти. Я хорошо знал всех этих людей — это было третье отделение моего старого взвода. Молодой Рикки Маги теперь был командиром огневой группы, а Элли Джонс — командиром отделения. Я также отчетливо помню, как кто-то кричал рейнджеру с противотанковым гранатометом М-72: «Стреляй в тот грузовик!».
«Ба-вуууум!» Вылетела граната, и сразу же последовал другой, бесконечно более эффектный «Бадабум!», когда головная часть прошла под передним бампером, ударилась о землю, подпрыгнула вверх и взорвалась под днищем бензовоза, воспламенив содержащийся в нем бензин. Водитель и его напарник выскочили из кабины и нырнули в пикап, следовавший за ними. Затем в облаке пыли маленький грузовик умчался с этого места так быстро, что мотоцикл рейнджеров не смог его догнать, и его отозвали, прежде чем он оказался слишком далеко.
Пока все это происходило, мы высаживали и обыскивали пассажиров автобуса. По бóльшей части это были старики и женщины, разбавленные добротной долей детей и несколькими молодыми людьми. Всего около сорока очень напуганных человек. И у них были веские основания для страха, ведь вокруг них, похоже, разразилась Третья мировая война. В мире мало армий, которые не убили бы их на месте, но по милости Божией, мы испытывали к ним чувства, что на их месте могли бы оказаться наши родные или друзья. К тому времени, как их обыскали и усадили на обочину дороги, из темноты уже выныривали другие самолеты. Вскоре повсюду сновали люди.
Пассажиров автобуса мы решили задержать. Нам предстояло погрузить их на один из самолетов С-130, отправлявшийся в обратный рейс из страны той же ночью, и привезти потом обратно для освобождения после завершения операции. Майор Фитч поручил моей группе охранять пассажиров, поскольку именно мы взяли их под свой контроль.
Я закончил обыск задержанных при свете горящего бензовоза. После того, как их усадили на небольшой гребень грязи, окаймляющий дорогу, мы с Биллом Освальтом подошли к концу очереди, чтобы перевести дух и обменяться впечатлениями.