— Иноуэ Рюсэй, — четко ответил он. — А вы, должно быть, Мацуда Аямэ. Господин Фудзимото рассказывал, что вы скоро должны прийти.
До неё не сразу дошло, что «господин Фудзимото» — это, должно быть, Акихиро. Фудзимото Акихиро. Сперва Аямэ нахмурилась — имя казалось знакомым, но она никак не могла понять, чем именно. Но потом отбросила ненужную мысль — он ждал её!
Если бы не отвратительный тип рядом она бы заулыбалась, но Аямэ не хотелось давать ему ни малейшего повода подумать, что он мог ей понравиться.
Будь её воля, она бы придушила его на месте. Но он навряд ли был случайным человеком, поэтому Аямэ окинула Иноуэ пристальным взглядом и прислушалась к своим ощущениям — в нем было что-то знакомое. Секундой позже она с отвращением поняла, что именно — на нем тоже лежала печать храма госпожи Инари. Судя по тому, как расслабленно он держался в доме, когда здесь не было хозяина, он приходил сюда не впервые, а то и жил здесь.
Осознание того, что она не первая, кого спас Акихиро, больно кольнуло. Она хотела быть для него первой во всем. И единственной.
Неизвестно, как долго бы она и Иноуэ стояли, разглядывая друг против друга, но за спиной Аямэ послышался голос:
— Ты пришла. Хорошо.
Она обернулась к Акихиро и расцвела в улыбке. Он ответил ей в привычной манере — чуть заметно дернул уголками губ. Иноуэ снова поклонился и гораздо ниже, чем ей. Акихиро едва заметно поморщился, словно такое почтение было ему неприятно.
— Рюсэй, я говорил, что ты не обязан мне кланяться. .
Иноуэ выпрямился и, кажется, слегка порозовел.
— Простите, господин Фудзимото.
— Хиро, просто Хиро, — вздохнул Акихиро и улыбнулся ему. — Господин Мацумото передал, что он согласен тренировать тебя. Можешь идти, он уже ждет тебя.
Иноуэ нелепо дернулся — явно хотел снова поклониться, но сдержался. Вместо этого он кивнул и ушел по направлению в сад. Походка у него была странная — он подволакивал правую ногу.
Аямэ проводила его недовольным взглядом — теплота, с которой с ним говорил Акихиро, ей совсем не понравилась. Поэтому, когда Иноуэ скрылся из виду, она обернулась к нему и выпалила:
— Ты хоть знаешь, что он — якудза?!
Тот только хмыкнул.
— Бывший. Я его оттуда вытащил.
— Он... Он такой же, как я?
— Вы во многом похожи, — отозвался Акихиро и добавил, пресекая дальнейшие расспросы: — Хорошо, что ты пришла. Нужно сфотографировать тебя на новые документы. Ты уже придумала, какие фамилию и имя себе возьмешь?
Аямэ давно решила, что имя оставит прежнее, а вот фамилия... Ей очень хотелось сказать «Фудзимото», но она вовремя прикусила язык.
— Сугихара. А имя прежнее.
Он только кивнул, как будто понял, что стояло за её выбором.
Дом, несмотря на ощущение отдаленности от мира, всё-таки оказался не в глуши, а в пригороде Киото, поэтому они быстро добрались до оживленных улиц. Аямэ нервничала — хоть она и жила раньше в Йокогаме, но многие её «клиенты» приезжали из других городов. Вдруг её кто-то узнает? Но Акихиро только улыбнулся в ответ на её тревоги и пообещал, что никто не обратит на неё внимания, даже если столкнется с ней на улице. Они шли в фотосалон, но Аямэ вдруг поймала свое отражение в витрине одного из магазинов и застыла. Это отражение так походило на прежнюю Аямэ, что её передернуло. Акихиро не стал протестовать, когда она потянула его за собой в сторону небольшой парикмахерской. На её удачу только что отменилась запись у одной из клиенток, поэтому Аямэ оказалась в кресле перед большим зеркалом.
Парой движений она распустила пучок, и волосы черным покрывалом упали на спину и плечи. Аямэ смотрела на себя в зеркало: гладкая светлая кожа, черные брови, аккуратные пухлые губы и длинные волосы. Клиенты говорили, что она красавица. Аямэ вдруг почувствовала такую ненависть к этому облику, что, будь под рукой нож, изуродовала бы собственное лицо. Но лучше начать с волос.
Она ткнула пальцем в понравившуюся стрижку, которую нашла в модном журнале.
Парикмахерша взвесила в руках пряди, и было видно, что только вежливость не позволяет ей сказать, как жалко обрезать такие хорошие волосы.
Через час Аямэ вышла из парикмахерской, чувствуя непривычную легкость. Акихиро ждал её в кофейне по соседству и читал какую-то книгу, кажется, на английском. Когда она опустилась напротив, он поднял голову и улыбнулся.
— Тебе идет.
Аямэ тряхнула короткими волосами, остриженными выше ушей, и только в этот момент поняла, что боялась. Боялась, что Акихиро взглянет на неё с разочарованием и скажет что-то вроде «а мужчинам нравятся длинные волосы». Но он не разочаровал её и в этот раз.