- Что еще за безобразие? - сдвинул брови Миколас, взглянув на послушницу Гарнет так, словно она лично была виновна в происходящем. Та непроизвольно поежилась. Падре обладал крутым нравом и обожал срываться на подчинённых.
- Не знаю, - промямлила бедная девушка.
- Так узнайте, - нетерпеливо распорядился священник. - Скажите охране на входе, чтобы гнали в шею этих запевал непотребных. Вздумали тоже, в святом месте скабрезные песенки распевать.
Гарнет побежала выполнять. Через некоторое время глас влюблённого смолк. Сонная тишина вновь окутала Церковь, однако ненадолго.
Через некоторое время в обитель Истинной Веры впорхнула довольно колоритная парочка. Молоденькая, беспечно улыбающаяся танцовщица лет 17-ти на вид и юный бард, взиравший на свою спутницу восторженными глазами. Надо заметить, его песня-речитатив почти не лгала. Девушка действительно была очень хороша собой. И золотистые волосы наличествовали, и огромные глаза, и алые губки, и розовеющие от смущения щечки. Фигурка, одетая в стиле "тут черта, здесь черта, а там вообще ни черта", тоже выглядела весьма соблазнительно. Ее воздыхатель, юный бард с неестественно-синими волосами, собранными в небрежный хвост, не сводил с красавицы обожающего взгляда.
- Здравы будьте, братья и сестры! - звучный глас барда разнесся по всем коридорам. - Покорнейше прошу простить нашу назойливость в столь ранний час, однако, сердцам влюбленным ждать нет мочи. Посему, прошу немедленно обвенчать меня и, - бард с придыханием понизил голос, - сию прекрасную деву, скрепив наш творческий и любовный союз узами регистрационного брака.
Миколас свирепо сморщился. Ну что еще за комедианты пожаловали на его голову?
- Тишину соблюдайте! - взревел басом падре. - Устроили тут филиал театра богопротивного, понимаете ли! Проходите к сестре Мэри, коль уж вам невмочь, и подавайте заявки!
- Мари меня зовут, Мари, - недовольно пробурчала девушка. - Когда этот старый маразматик уже запомнит?
Впрочем, вслух высказать возмущение регистратор не решилась. Присмиревшая же пара робко зашагала по ковру мимо высыпавших изо всех комнат служащих. А поглазеть было на кого. Вот уже много лет неуклонно проваливался Набор в Искатели. Вот уже много лет не играли свадьбы в Церкви - незачем. Желающие создать семью ограничивались обыкновенным браком, а церковный, что именовался регистрационным и позволял получить специфические преимущества лишь Искателям, для обычных смертных был не более, чем напрасной тратой зенег. Так что двое чудаков, которые не только пошли на поводу у смутных слухов об очередном Наборе, но и вознамерившихся регистрационно закрепить свой союз, не могли не привлечь внимание.
- Где-то я её уже видел, - задумчиво пробормотал Хенсон, буравя взглядом танцовщицу. Та застенчиво улыбнулась и лукаво подмигнула старому аколиту.
- Учитель Хенсон посещает злачные места Комодо - какой пассаж! - прыснула сестра Сесилия. Несколько её подружек захихикали. Старик сердито развернулся к монахиням, но ничего сказать не успел.
- Чего галдите, Hill Wind"ихи? - прикрикнул на девушек Миколас. - Вам заняться нечем? Так у меня еще скамейки не драены! Во славу Божию собственными длинными языками перемоете. Тишина должна быть в Церкви, сколько можно вдалбливать в ваши глупые головы эту простую истину?
Монахини обиженно подобрались и смолкли. Юные влюблённые невольно поёжились, подходя к сестре Мари.
- Здравствуйте, - голос барда звучал гораздо тише прежнего. - Не могли бы вы нас обвенчать?
- Сочувствую, но это его работа, - таким же полушёпотом ответила Мари, мотнув головой в сторону священника-грубияна. - Я могу только заявки принять. Вы в одной партии?
- Да.
- Там только вы двое?
Бард на минуту прикрыл глаза, проводя манипуляции с инфоокном.
- Теперь - да.
- Вот и хорошо. У жениха должны быть с собой 1.300.000 зеней, костюм и бриллиантовое кольцо. У невесты - 1.200.000 зеней, свадебное платье и тоже кольцо. Всё с собой?
- С собой... - пролепетала танцовщица и внезапно, распахнув свои и без того огромные глаза, придвинулась ближе к сестре Мари: - Скажите, а он, - девушка кивнула на Миколаса, - всегда такой?
- Что вы, - с сарказмом ответила Мари, - сегодня он ещё добрый. Обычно бывает куда хуже. Да вы не волнуйтесь, - подбодрила регистратор молодую пару, - поженит он вас, никуда не денется. Не обращайте внимания, у вас ведь сегодня самый счастливый день в жизни, как-никак!
Погрустневшая было невеста и угрюмый жених выдавили несмелые улыбки и направились по некогда алой дорожке на казнь, то есть, на женитьбу.