Иду по улице в расстегнутом пальто, мороз слегка прихватывает через рубашку. Плохо, все реально плохо. Только никто в этом не признается, ни здесь, на земле, ни наверху. А наверху этого всего, ко всему прочему, и не видят. И даже, сука, не подозревают, какой пиздец тут творится. В школах учат какой-то ереси. Дети не успевают осваивать программу, и поэтому теперь так много платных (платных, Карл!) дополнительных занятий в школе, которые ведут сами учителя. В центрах социального обслуживания ликвидировали отделения социально-медицинской помощи, сотрудники которых занимались обслуживанием на дому лежачих инвалидов, которых по каким-то причинам не положили в стационар. Это были люди с дипломами медсестер, они меняли памперсы, протирали от пролежней, делали уколы. То есть оказывали первичную медицинскую помощь, плюс еще оплачивали (не из своего кармана, разумеется) квитанции за коммуналку, ходили в магазин, убирали квартиру, даже могли приготовить еду и накормить... Что там скажешь, адская работенка, но, тем не менее, ее кто-то делал. А теперь этим заниматься некому. Хочешь, чтобы тебе памперсы меняли и уколы ставили - ложись в больничку. Не берут - ну так и быть, подыхай. Подыхай! Не нужны нашему государству инвалиды, на них херову тучу бюджетного бабла тратить нужно. Пусть дохнут по-тихой!
Я, каюсь, не очень люблю этих противно брюзжащих и пахнущих старостью пенсионеров, неторопливо кочующих из поликлиники - в сберкассу, из сберкассы - в магазин, из магазина - на рынок, с рынка - в пенсионный фонд или собес, а оттуда - на почту, но все равно, господа, так по-скотски относится к ним нельзя. Нельзя, ебта!
По Москве сократили специализированные бригады «скорой помощи». Теперь обычная бригада, состоящая из водилы, который лишь крутит баранку, фельдшера со стажем и практиканта - студента старшего курса медицинского колледжа, выезжает на все подряд случаи. Прихватило сердечко у старушенции - вперед, после - сразу на понос и рвоту у годовалого ребенка, следующий клиент - обоссаный и заблеванный бомж с гнилыми зубами и гангреной ног, после бомжа, не успев толком отмыть салон машины - на предродовые схватки или, если совсем уж повезет, на крутое ДТП с оторванными конечностями, которые им же и придется по трассе собирать. И главная задача - не столько качественно оказать помощь, сколько как можно быстрее довезти до больнички, чтобы поскорее сдать в приемное отделение. Ведь если пациент зажмурится в машине - потом за всю жизнь не отпишешься. А недавно кому-то наверху в голову долбанула просто гениальная мысль: давайте в целях экономии сократим водил на «скорой», и рулить будет как раз фельдшер! Охуенно просто, что тут еще скажешь!
Зачем в полицию берут столько теток-постовых? Особенно в мое родное УВД. Ребят, вы зачем их на службу берете? Разве этот постовой с дамской сумочкой через плечо выглядит как представитель власти? ((Бля, как меня это бесило и бесит! Воспитанный в хороших воинских традициях касательно формы одежды - спасибо кадетке - в бытность свою инспектором отдела МПО и проверяя несение службы, я нещадно вписывал в служебные книжки замечания таким вот полицейским фифам. Нет, я совсем не против женщин. Но здесь речь не об отношениях к противоположному полу, а к вопросу профессионализма. Не носят женские сумки с формой! Не положено это по уставу! Или ты что, завидев правонарушителя, сумочкой его по башке пизданешь? А пизданешь ли вообще? Сможешь ли хоть что-то сделать против пары в меру пьяных, но агрессивных крупногабаритных дебоширов? Достанешь из кобуры пистолет? Убери его назад, дура неадекватная, за всю жизнь же потом не отпишешься!) А ведь в соответствии с тем самым законом «О полиции» сотрудник, находящийся при исполнении своих служебных обязанностей, является именно что представителем власти. Власти! Я в свое время наслушался множество замечательных историй про женщин-милиционеров, служивших постовыми в нашем УВД. Хорошо, хоть, лично не пришлось столкнуться. Определенно, хорошо.
Во втором отделе служила постовым некая барышня. Барышня была из провинции, глупенькая, и больно податливая перед мужиками. Где она только не еблась! Даже во время несения службы, бывало. Серега Горбунов, в ту пору инспектор ППС, постоянно пытался как-то на нее повлиять. «Я ей говорю, - взломав брови и разводя руками, рассказывал Серега, - ну нахера ты это делаешь? Что ты, «нет» сказать не можешь? Знаешь, что она отвечала? Ну как я, говорит, им откажу? Они ж мужчины, они сильные... Понимаешь, какое дело?». В один же прекрасный день барышня просто сама себе вызвала скорую прямо из постовой будки и уехала рожать. «Кто отец-то хоть?» - пытался вызнать доброжелательный Горбунов. Но не могла барышня ничего пояснить по этому вопросу.