Армондо встал в боксерскую стойку и отскочил назад, уклоняясь от атаки Джо. Джо приземлился рядом с ним. Его зубы щелкнули в воздухе в нескольких дюймах от лица Армондо. Следом за ним, Джо слышал, как охранники возглас с волнением.
- Хватай этого сукина сына! - крикнул кто-то, но Джо не мог разобрать, кого из них подбадривал охранник.
Чей-то кулак угодил Джо в глаз, и в голове у него вспыхнул яркий свет. Он отшатнулся назад. Он почувствовал, как у него распухает глаз. Джо посмотрел на своего противника, и в этот момент колено ударило его в подбородок, опрокинув на спин и заставив его челюсть пульсировать. Здоровенный мексиканец вскочил на Джо, оседлав его грудь, и принялся осыпать его ударами. Джо укусил его за бедро сквозь тюремные хлопчатобумажные штаны. Его зубы глубоко вонзились в мышцу, и Джо немедленно ощутил вкус крови, ее взрыв, когда она хлынула ему в рот. Джо с трудом сглотнул, чтобы не утонуть в нем. Он попал в бедренную артерию. Он продолжал кусать, пережевывая большие куски мышцы Армондо, разрывая оранжевую ткань его штанов и оставляя кровоточащую дыру, из которой хлынула кровь.
- А-а-а-а-а! Сукин ты сын! Ты, блядь, укусил меня!
Очевидно, охранники не подготовили его должным образом к тому, с кем он столкнулся. Армондо ударил Джо еще несколько раз, сломав ему нос и еще больше повредив глаз, а затем попытался вырваться, но Джо вцепился в него. Он схватил Армондо за лодыжку и потянул, оттаскивая его назад, на расстояние досягаемости окровавленных клыков Джо. В нем бушевала жажда крови. Джо едва мог трезво мыслить. Он был весь в ярости и ужасно голодный, когда укусил Армондо за икру. Джо получил несколько пинков, которые послали молнии агонии через его уже разбитый нос. Он поднял руку, защищаясь от ударов, и принялся рвать подошвенную мышцу большого заключенного, пока не оторвал ее от голени. Прихрамывая, Армондо продолжал сражаться. Он развернулся и снова принялся колотить Джо. Толерантность к боли у этого человека зашкаливала, без сомнения, усиленная метамфетаминами, исходящими из его потовых желез.
Джо схватил мужчину и вскарабкался ему на грудь. Он наклонился и вцепился зубами в лицо Армондо, прокусывая кожу и хрящи, удаляя нос мексиканца с громким, сводящим желудок хрустом!
- Срань господня!
- Довольно! Стой! Стой!
- Бой окончен! Стоять!
Джо слышал, как на него кричат охранники, но едва понимал, что они говорят. Чудовище взяло над ним верх окончательно, оно распухло у него в штанах, как третья конечность. Джо услышал, как закричал Армондо, когда он откусил ему нос и проглотил его, затем наклонился и снова вгрызся в его лицо, когда охранники попытались оттащить его, а Армондо продолжал бить его и кричать. Джо откусил Армондо веко и проткнул ему глазное яблоко одним из своих зубов. Он прокусил губы Армондо и часть его левой щеки, прежде чем охранники успешно оттащили Джо.
- Мое лицо! Он сожрал мое лицо!
Джо превратил большого зека в развалину. Левое веко у Армондо отсутствовало, и разорванное глазное яблоко стекало по покрытой татуировкой щеке, как мертвая медуза. На том месте, где раньше был нос Армондо, теперь зияла рваная слизь и залитая кровью дыра. Каждый вдох сопровождался красными соплями. Лоскут правой щеки заключенного болтался там, где зубы Джо оторвали его от лица, обнажив зубы, десны и розовую мускулатуру челюсти Армондо. Теперь его лицо застыло в вечной ухмылке. Он был похож не столько на живое человеческое лицо с отсутствующей плотью, сколько на череп, к которому все еще прилипали кусочки кожи.
Джо зарычал, как лев, когда трое полицейских выволокли его из комнаты, забыв о наручниках и стремясь поскорее вернуть в камеру. Рот Джо был похож на бойню, с мясом и кровью, окрашивающей его неровные зубы. Передняя часть его брюк была натянута, ткань натягивал огромный пенис. На оранжевой ткани образовалось темное пятно. Не было никаких сомнений, что это было – Джо кончил, отрывая лицо Армондо. На лице офицера Белтона застыло выражение крайнего ужаса. Джо улыбнулся и поднес руку к лицу, вытирая кровь и внутренности, прежде чем поднести пропитанные кровью пальцы к губам, слизывая кровь и хрящи с каждого пальца.