Николай вышел из кабины, хлопнул дверцей, удаляясь, зашуршал ногами по гравию, и все стихло. Только теперь Родин огляделся, слегка отодвинув краешек брезента. Они находились возле железнодорожного полотна в тупике. Там стояло несколько разрозненных вагонов. К одному из них и направлялся водитель, разговаривая по телефону. Слышны были лишь обрывки фраз:
– …здесь… давай… на пять…
Воспользовавшись благоприятным моментом, Михаил выпрыгнул из кузова и, чтобы не вызывать подозрений, спокойной походкой направился к вагонам. Там было легко затеряться и продолжить наблюдение за машиной.
Трое мужиков, загружавших вагон строительной арматурой, не обратили на Родина никакого внимания, когда он прошел мимо и, обойдя вагон, скрылся из виду. Отсюда хорошо просматривался «газик». И только теперь Михаил позволил себе закурить. Но оказалось, сигареты, положенные в карман новой куртки, поломались. Пришлось выкурить половинку, но он и этому был рад.
Вскоре к «газику» вернулся Николай, а с ним еще двое. Явно грузчики. О чем-то побазарили, размахивая руками. Водитель залез в кабину, проехал метров двадцать и снова остановился. Теперь уже четко возле вагона под номером 0214. Один из грузчиков отодвинул дверь вагона, и пошла работа. Не такая техничная, как это выходило у Степана и Валентина, но все же меньше чем через час содержимое с «ГАЗ‑53» перекочевало в вагон 0214. Николай сам навесил на него большой амбарный замок, принял в свою кабину грузчиков, и они укатили.
Михаилу уже ничего не оставалось делать, как отправляться домой. В перспективе маячило пройти несколько километров по земляной дороге да еще дождаться автобуса, который ходил сюда не чаще чем один рейс в час. Но он был доволен проведенной операцией. Его усилия оказались ненапрасны. Теперь он знал, где находится титан, знал номер грузовика и имя водителя, доставившего сюда груз. А это немало. Еще название «Березка». Скорее всего фирма, на которую была выписана накладная. Даже если вагон куда-то уйдет в ближайшее время, найдутся виновники этого события. Но, судя по ржавым колесным парам, вагон лишь складское помещение.
Михаилу повезло. Когда он подошел к остановке, как раз подъехал автобус. Усевшись на заднее сиденье, он позвонил Наденьке. Та тут же взяла трубку.
– Алло? – театрально сексуальным голосом пропела она, будто знала, кто ей звонит.
– Здравствуй, Надя. Это Родин. Мы можем сегодня встретиться? У меня к тебе важный разговор есть, – сразу деловым тоном объявил Михаил.
– Привет, Миша. Сегодня? Ну-у, можем, – с придыханием согласилась женщина. – Приходи. Я жду.
– Нет, лучше где-нибудь на нейтральной территории.
– Ой, я себя плохо чувствую. Погода, наверное. Давай лучше у меня дома. Ты адрес помнишь? Я все там же живу, – теперь уже слабым голосом заговорила Надежда. – Наберешь на домофоне номер моей квартиры. Пятьдесят три, – на всякий случай напомнила она.
Выбора у него не было, и пришлось согласиться, хотя совершенно не хотелось заходить в эту квартиру. Именно там много лет назад начал набирать обороты их бурный роман, когда родители девушки целыми днями, загруженные работой, отсутствовали. Не то чтобы Михаил боялся воспоминаний, нет, просто не хотелось давать Наденьке лишний повод на что-то надеяться. А то, что она надеется, он был уверен благодаря ее красноречивому поведению и их последнему разговору. Так или иначе, через час он уже набрал нужные цифры. Наденька не стала спрашивать, кто пришел, а сразу нажала кнопочку, открывающую дверь.
Выйдя из лифта на четвертом этаже, Родин увидел, что дверь ее квартиры распахнута. Вошел. Кашлянул для приличия.
– Миша, проходи сюда, – донесся голос Наденьки из кухни. Уже не такой болезненный и слабый. Вот они – женские уловки.
Он разулся на половике у порога, повесил на вешалку куртку и, откинув назад непослушную челку, пошел на зов.
Наденька, одетая в полупрозрачный сиреневый халатик с рюшами, хлопотала возле плиты. Здесь стоял одурманивающий аромат печеного мяса.
– Привет, – застенчиво улыбнулась она накрашенными губами. – Ты, наверное, голодный?
И она, наклонившись к духовке, представила взгляду Михаила невероятных размеров зад. Светлые большие трусы просвечивали через синтетическую ткань халата. Зрелище было не для слабонервных, и он смущенно отвернулся. Неужели Наденька думает, что этим можно соблазнить мужчину?