– Так, у вас щи, гречка с гуляшом, селедка, винегрет и компот. Могу еще предложить блины, свежие овощи, колбасно-сырную нарезку…
– Да. Вот так достаточно, – остановил ее Родин, увидев, что гроб уже выносят. – Спасибо.
Похороны и поминки прошли вполне прилично, если не считать, что перепившая на поминках Анна все-таки учинила скандал из-за того, что Михаил не уделил ей должного внимания, отказавшись продолжить мероприятие у него дома.
К счастью, случилось это уже на улице, когда все вышли из столовой.
– Ты чё, крутым стал? – кричала она, вырываясь из сдерживающих ее рук Серого. – Ты теперь на нас как на прокаженных смотришь?! Что ты, великий какой! Серый, да не держи меня! Дай-ка ты ему лучше в его поганое рыло!
Михаил отошел в сторону и стал раздавать из пакета оставшуюся водку, что отдала честная Маргарита Викторовна. Даже кое-какие остатки еды положила в небольшие пластиковые контейнеры.
– Берите, мужики. На девять дней помяните, – говорил он, прекрасно понимая, что произойдет это гораздо раньше. – Тут вот и закуска осталась.
– Спасибо, Миша. Ты молодец, – хвалили его, охотно разбирая предложенное. – А чего сам-то? Неужели ни рюмки?
– Нет. Я в полной завязке. Вы уж извините.
– Ну ты даешь! Может, и мне завязать? – удивлялся Костя Тощий. – Серый, да заткни ты ее! Заколебала уже.
– Иди и сам заткни. Умный нашелся.
Назревал скандал. Теперь все, как обычно. И Михаил поспешил уйти.
Вернувшись в опустевшую коммуналку, он первым делом принялся за ремонт газовой колонки. На это у него ушло не более часа. Он снова был обеспечен горячей водой. А затем приступил к уборке и занимался ею до позднего вечера. А около девяти его оторвал телефонный звонок с неизвестным номером.
– Слушаю, – ответил Михаил, плечом прижав мобильник к уху и туго затягивая очередной пакет с мусором.
– Слушаешь? Это хорошо, – услышал он незнакомый голос явно подпившего мужчины. Сперва подумал, что кто-то из бывших собутыльников, желающих продолжить «банкет».
– Кто это?
– А вот ты приходи сейчас на Бетонку и узнаешь.
Теперь Михаилу показалось нечто знакомое в нотках этого голоса. Но пока он не мог сообразить, кому он принадлежит.
– Что за шутки? – снова спросил он, вслушиваясь в ответ.
– А это ни хрена не шутки, сокол из «Сокола»! Давай. Я жду тебя у второй лодочной станции.
И вот теперь Михаил понял. Это был Андреев, собственной персоной. Видимо, поимел конкретный разговор с хозяином, напился и теперь жаждет мести. Ну что же, на ловца и зверь бежит.
– Хорошо, буду, – ответил Родин, чувствуя, как напряглись его мышцы в предвкушении судьбоносной развязки.
Он прекрасно помнил слова Марины о том, что тот вооружен и очень опасен. Прямо как в детективах. Тем лучше. Тем интереснее будет их встреча. Михаил наскоро оделся, прихватил с собой на всякий случай большой кухонный нож, сунув его в рукав куртки, фонарик положил в карман и быстро вышел из квартиры, забыв погасить свет. Идти было недалеко. Так называемая Бетонка располагалась на берегу Волги. Там находились несколько станций для частных катеров, которые числились под номерами, не имея названий. Вторая, возле которой обещал ждать Андреев, была ближе всего к дому Михаила. Оставалось лишь спуститься вниз на три квартала. Скорее всего, тот узнал не только его телефон, но и адрес. Наверняка у дежурившей сегодня Наденьки. Не успел Родин об этом подумать, как снова раздался звонок. Звонила Наденька.
– Алло, Михаил, здравствуй, – официальным тоном произнесла она и, не дожидаясь ответа, продолжила, чеканя каждое слово: – Ко мне сегодня подходил Вячеслав Николаевич. Наш директор. Спросил твой телефон и адрес. Я дала. А что мне оставалось делать? Извини, сразу не предупредила. Совсем вылетело из головы. Там такая суета на работе. Столько оформлений…
– Ничего. Все в порядке. Ты правильно поступила, – так же сухо сказал Родин и прервал ее, разъединив связь.
Чем ниже он спускался к лодочной станции, тем меньше становилось освещения. Вдоль огороженного низкими бетонными стенами берега стояли редкие тусклые фонари. Казалось, тут нет ни души. Только в некоторых сторожках мерцал свет. Подгоняемые пронзительным ветром, о пристани бились темные волны, пенясь и отползая назад при каждом ударе. Раскачивались оставленные на воде некоторые катера, как и волны, сталкиваясь с деревянными сходнями. Наверняка их хозяева уже пожалели о том, что вовремя не подняли их лебедкой на пологое бетонное же покрытие. Отсюда и шло простонародное название данной местности – Бетонка. Еще в подростковом возрасте он с пацанами ездил сюда летом купаться. Было очень здорово съезжать по скользкому илистому бетонному покрытию в воду прямо на попе. Конечно, в тайне от взрослых. Это строго запрещалось. Да и сторожа гоняли. Но охота, как говорится, пуще неволи. Так что Михаил прекрасно знал эту Бетонку.