— И вам такой здесь нужен?
— Никогда не скажешь, что может случиться.
— Правда? А что вы здесь делаете?
— Ну… Можно назвать это так: обеспечиваю безопасность.
Эндрю встревожился.
— Разве вам угрожают террористы?
Картер улыбнулся.
— Нет, нет, ничего похожего.
— Почему тогда здесь нужны военные, чтобы обеспечивать безопасность?
Картер не ожидал, что разговор примет такой оборот. Вряд ли он имел право говорить об этом ребенку, но он и не хотел, чтобы мальчик подумал, будто от него что-то скрывают.
— Да мы просто технический персонал. Тут работают ученые, а мы их охраняем.
— Надо же, в джунглях под защитой военных работают ученые, и им понадобился специалист по насекомым? — Не то чтобы Эндрю допытывался до истины, он просто не понимал, что же это за место такое.
— Ну… вроде того.
— Но…
— Слушай, а может, мы все-таки покидаем мяч, а?
Глава 22
— Я не жду, что вы с готовностью подвергнете риску все, над чем работали долгие годы, но откройте глаза: вы можете и БРЭВИСа лишиться, и угробить всех людей. Заморозьте весь комплекс и оставьте пустым на неделю.
Лора стояла в кабинете Бишопа у огромного дубового стола. Напротив нее сидел хозяин кабинета.
— Доктор Трент, я очень ценю ваш совет, — ответил Бишоп с нарастающим раздражением в голосе, — но не пытайтесь указывать мне, как поступить с БРЭВИСом. Полагаю, у меня накопился немалый опыт успешного управления базой и лучше меня никто не способен решить, следует уводить отсюда людей или нет.
— Так на кой черт вы притащили меня сюда, если не желаете прислушиваться к моему мнению?
— Ваша сфера — энтомология, а в данном случае — особенности экспериментирования доктора Хита. Именно по этой причине я, как вы выразились, притащил вас сюда, и по этой же причине меня интересует исключительно ваше мнение о поведении этих насекомых, а не о том, как это поведение может отразиться на судьбе базы.
— Но речь идет о жизни людей — и здесь, и снаружи. Как вы можете проявлять такое высокомерие, такую бесцеремонность…
— Смею уверить, что я вполне способен принять взвешенное решение, основанное на достоверной информации. А является ли такое поведение проявлением высокомерия, вопрос спорный, и мы, по-видимому, расходимся во мнении на этот счет. Благодарю вас, доктор Трент.
— Что ж, прекрасно. Я ухожу и буду ждать с Эндрю наверху.
Лора думала, что Бишоп станет в отчаянии умолять ее остаться, но тот даже не взглянул на нее.
— Вот как? Вам известно, что ваш пилот сейчас здесь, внизу, отдыхает после рейса в жилой зоне военных? Или вы думаете, он тут же помчится за вами наверх? Есть еще одно чисто практическое соображение. Вы не произвели на меня впечатление человека, который способен оставить столь многих людей в смертельной опасности, когда в ваших силах многое сделать для их спасения. Особенно если в настоящую минуту опасность минимальна.
Лора сгорала от желания назвать эти слова Бишопа чистым блефом, сказать ему, что он ошибся в своей оценке ее качеств, и тут же идти к лифту. Она знала: если не сделать это сейчас, сию минуту, то она останется с этими людьми до того момента, когда опасность станет крайне серьезной. Но и Бишоп, и Лора понимали: победа на его стороне. Полная и окончательная победа. Все, что ей оставалось, это попытаться сохранить хоть немного достоинства.
— Я надеюсь, господин Бишоп, что, когда опасность перестанет быть, говоря вашими словами, минимальной, первым, до кого доберутся эти твари, станете вы сами.
Глава 23
Приведя в полную готовность оружие и снаряжение, Ван Аренн и Гаррет убивали оставшееся время за бильярдным столом. Другие солдаты входили и выходили, а они, словно две гориллы в крайнем возбуждении, переступали по кругу и гоняли шары, вскрикивали и принимали немыслимые позы для удара, показывая всем и себе самим, что вовсе не боятся предстоящего испытания.
По прошествии часа Уэбстер привел их туда, где главный коридор с лабораториями поворачивал к берлоге Дэвида Хита. Ни один из них не бывал здесь раньше — это место было им знакомо только по изображению на экранах системы наблюдения. Согласно указаниям Хита, по мере удаления от основной зоны комплекса его лабораторные помещения становились темнее. Дэвид понимал, почему Бишоп желал видеть интерьер базы стерильно белым, но БРЭВИС был и его детищем и он имел право приглушать эту белизну, если так ему было удобней работать. В результате его часть базы выглядела более естественной и немного напоминала пещеру.