В комнате резко стало светло, от чего пришлось сощуриться. Когда глаза привыкли к яркому свету, я увидела пляж, тот самый где мы отдыхали с семьей. Небо вдруг начало темнеть, поднялся ураганный ветер, и я побежала в сторону нашего домика. Забежав в дом я увидела сидевшего на полу и содрагавшегося в бесшумном плаче брата рядом с окровавленным телом матери, рядом стояли отец, Вадим, несколько не знакомых мне людей и парень, которого я видела тогда на пляже. Все стоявшие что-то обсуждали, но слов я не слышала, как в немом кино. Сквозь меня прошёл Денис и что-то шепнул папе. Тот кивнул и вышел за Дэном из дома. Я же не могла оторвать взгляда от мамы.
Вдруг меня как будто толкнули в грудь. Меня выкинуло из дома и я очутилась в помещении, больше похожим на юрту. Я стояла лицов к выхожу, а сзади слушались странные шорохи и слова. Повернувшись на эти звуки, я увидела странного старичка, одетого в хорошенько поношенные майку и шорты. Он скакал вокруг множества подушек, на которых лежала девушка. Я подошла поближе, что бы разглядеть бедняжку, но при взгляде на ее лицо, у меня весь воздух из легких выбило.
Это была Я!
На щеках у меня было пару порезов, рядом с рукой аккуратно лежал шприц с темно-красной жидкостью внутри. Я сразу вспомнила рассказ Тимура об обряде, и до меня начало доходить... Я в прошлом, в моменте моего обращения.
10
Сон как рукой сняло когда я почувствовала хоть и притупленный удар о пол, за счёт одеяла, но достаточно ощутимый что бы очнуться от этого кошмара. Пока я приходила в себя и пыталась выпутаться из плотного захвата воздушной ткани, дверь резко распахнулась. Черт, этот дуболом только что выбил мою дверь...
- Мирослава.- Обеспокоенно окликнул меня Тимур влетая в комнату.
Он быстро обежал комнату взглядом, и увидев меня с другой стороны кровати кинулся на помощь.
- Я в порядке, в порядке.- Не громко сказала я, когда Тим поднял меня на руки и посадил на постель, сам же присел на корточки напротив.- Просто кошмар приснился.
- И часто они у тебя?
- Это первый, обычно я спокойно сплю. Но сейчас... Мне кажется это был не сон. Скорее это было похоже на воспоминание того дня, когда...- Я подняла глаза на альфу и поняла что объяснения были ни к чему.
- Пойдем вниз. - Тим медленно поднялся во весь рост и протянул руку.- Я налью тебе сладкий чай с травами, это должно успокоить.
Я протянула свою ладошку и вложила ее в его достаточно крупную ладонь. Ого, а это приятно, касаться его. Тепло его рук, как лучики солнца, начало согревать мою кожу, постепенно проникая под нее и заставляя трепетать от столь непривычного чувства.
Усадив меня в кресло на кухне, Тимур принялся заваривать ароматный чай, по запаху похожий на шалфей с ромашкой.
-А у тебя, случайно, нет бергамота? - Интересуюсь я.
- Бергамот?- Сдвигая брови поворачивается ко мне хозяин дома.
- Ну да, мне нравится бергамот. - Отвечаю пожав плечами.
- Прости Белоснежка, такими вещами не балуюсь.
Да уж, вот это прозвище конечно. Да, кожа у меня слишком светлая. Как говорила моя бабушка: Голубая кровь.
- Вообще-то у Белоснежки волосы темные, так что твое сравнение не совсем уместно в данном случае. - Теребя прядь своих волос говорю я.
Тимур лишь слегла усмехнулся и продолжил свои манипуляции с чаем что-то бурча себе под нос.
- Когда я смогу увидиться с папой и братом? - Спрашиваю я. Подбираю под себя ноги и удобно устраиваясь на этом здоровенном троне.
- Как только твой отец даст знать, что все более менее улеглось. - Только и отвечает альфа.
Я уже давно не была так далеко от родных, что мне начинает казаться, что это не правильно и не безопасно. Но сон-воспоминание не даёт покоя.
- Почему те волки решили сделать это со мной? Почему просто не убили в отместку? - Сдавлено и тихо произношу я, больше задавая вопрос самой себе, нежели Тимуру.
- Это было бы слишком легко. Если бы ты переродилась в тот день, тебя бы всеми силами оставили в их стае, что бы ты стала продолжительницей рода, даже против своей воли. Став оборотнем, для тебя, твои родственники, перестали бы быть родными, ты была бы частью стаи, и они стали твоей единственной семьей, которой ты была бы верна. И учитывая как тебя любит отец, он бы не смог убить тебя, и остальным не позволил, и это, те уроды, смогли бы использовать в свою пользу.