Матисак окинул внимательным взглядом окна больницы, не видел ли кто-нибудь произошедшего здесь. Но ничего подозрительного не заметил, в этот поздний час светилось всего несколько окоп. Матисак огляделся по сторонам. Никого.
Он сел в фургон, вставил в магнитофон новую кассету и, оглянувшись через плечо на свою добычу, усмехнулся:
— Мне просто хочется немного крови, — и не спеша выехал со стоянки.
Проехав где-то около мили, он свернул на обочину дороги, зажег в кабине свет и нашел в документах Томми его адрес. Матисак надеялся, что это место окажется подходящим для его дела, что юноша живет один, и остаток ночи пройдет так же успешно.
Так оно и вышло. Без особого туда он отыскал дом, где жил Томми, и нашел подходящее место, чтобы подвесить тело. К этому времени действие наркотика кончилось, парень пришел в себя и обнаружил, что его шея затянута жгутом, а сам он абсолютно голый висит вверх ногами. Убийца еще не успел нанести ему никаких увечий, не считая перерезанных сухожилий на ногах, мера предосторожности, и крошечного разреза на шее, откуда тянулась какая-то трубка, поддерживаемая клейкой лентой. Томми чувствовал, как трубка касается его подбородка, он не видел ее конца, но глаза ясно различали керамический кувшин, который чем-то наполнялся, и который поддерживал Матисак. От большой потери крови голова парня закружилась, он стал вырываться.
Матисак уже почти наполнил кувшин кровью, когда Фаулер принялся биться и дергаться, немного драгоценной жидкости расплескалось, испачкав дешевую подделку восточного ковра, лежащего под лестницей, ведущей на второй этаж. Матисак в сердцах выругался. Повернув краник на своем устройстве, он приостановил ток крови и затянул жгут, чтобы задушить Томми.
Юноша зарыдал, что-то бессвязно крича. Матисак сказал:
— Томми, я сделаю так, что тебе не будет больно.
Голос парня оборвался, его взгляд исполненный мольбы, остановился на обезумевшем Матисаке — но у убийцы не было выбора. Он поднес скальпель к глазам своей жертвы и с силой ударил, заставив Томми вскрикнуть. Но он не собирался всерьез ранить его глаза. По крайней мере, не сейчас. Матисак не хотел открывать еще одно кровотечение в этой части тела. Это могло ослабить довольно сильный ток крови из горла Томми и стать причиной гораздо большей потери драгоценной жидкости, чем та, в которой виноват сам Фаулер.
Ему необходимо было просто утихомирить парня. Он поискал шприц который приготовил заранее, и ввел в одну из связанных рук Томми незначительную дозу барбитурата. Этой дозы оказалось достаточно, чтобы успокоить юношу и сделать его смирным до тех пор, пока не вытечет вся кровь. На этот раз свободного времени у Матисака не было.
Когда кровь вытекла, он вырезал парню глаза. Он стал делать это со всеми последними жертвами, хотя глаза не служили ему каким-то фетишем, и его не смущало, что жертва смотрела на него и видела собственные мучения и медленную смерть. Этим ему хотелось ввести в заблуждение полицию.
С тем же холодным расчетом Матисак принялся наносить раны своими страшными инструментами на гениталии и конечности уже мертвого Томми. Оставшись довольным работой, он принялся искать в своем саквояже кисточку для рисования. Под звуки моросящего дождика, стучавшего в окно маленького домика, Учитель расписывал кровью открытые раны, наслаждаясь запахом свежей крови, опуская кисточку в кувшин и поднося ее к горлу Томми Фаулера.
Когда все было завершено, он понял, что уже совсем поздно, и он должен возвращаться в Чикаго. Но бежать сломя голову нельзя, никто не должен обратить на него внимание.
Теперь, когда от поездки в Индиану остались лишь воспоминания, и Матисак был дома, он внимательно разглядывал фотографию Томми Фаулера, которую нашел в доме молодого человека. Улыбнувшись своим воспоминаниям, он поставил фотографию на полку, где уже стояли снимки предыдущих жертв. Эта полка висела на стене в кабинете его деда, который унаследовал отец, а теперь был его. Матисак уселся в кресло и принялся изучать лица убитых им людей, переживая заново моменты, проведенные с каждым из них, моменты, когда он в буквальном смысле слова держал их жизнь в своих руках.