Уоррен продолжал молчать. Уилл пытался не думать об Эмме Кампано, о том, как ей будет страшно, когда станет проходить час за часом и день за днем, а за ней так никто и не придет. Со стороны Уоррена было бы гораздо милосерднее убить ее в первый день, избавив от мук неопределенности.
— Уоррен…
Он почувствовал что-то мокрое у себя под коленом и опустил глаза. И в то же мгновение ему в нос ударил резкий запах аммиака.
— Уоррен?
Уилл снова заглянул в щель. Белый шлепанец лежал на боку и не шевелился. Он увидел, что на кровати нет простыни.
— Нет, — прошептал Уилл.
Он сунул руку в щель, пытаясь нащупать тело Уоррена. Его рука наткнулась на взмокшие от пота волосы, холодный и липкий лоб.
— Билли! — заорал Уилл. — Открой дверь!
Охранник не спеша подошел к зарешеченной двери.
— В чем дело?
Пальцы Уилла ощупывали глаза Уоррена, его открытый рот.
— Вызови скорую!
— Черт! — выругался Билли, распахивая дверь.
Ударив кулаком по красной кнопке на стене, он бросился бежать к камере Уоррена. Ключ болтался у него на ремне. Он сунул его в замок и рванул дверь на себя. Петли завизжали под тяжестью металлической двери. Один конец простыни был привязан к ручке двери, а второй туго обматывал шею Уоррена Гриера.
Уилл упал на колени и начал делать Уоррену искусственное дыхание. Билли выхватил рацию и оттарабанил свой код, потребовав срочно вызвать скорую помощь. Когда подоспела помощь, Уилл уже взмок от пота, а руки, которыми он все это время нажимал на грудь Уоррена, сводила судорога.
— Не делай этого! — умолял он. — Ну же, Уоррен. Не делай этого!
— Уилл! — Билли положил руку ему на плечо. — Оставь его. Все кончено.
Уилл хотел оттолкнуть его и продолжать, но тело ему не повиновалось. Во второй раз за этот вечер он стоял на коленях и смотрел на Уоррена Гриера. У него в ушах все еще звучали его последние слова: «Цвета, — сказал Уоррен. Он разгадал систему Уилла, то, как он использовал цвета, чтобы ориентироваться в содержимом папок. — Ты используешь цвета так же, как и я».
Уоррен Гриер наконец-то нашел родственную душу. Десять минут спустя он покончил с собой.
На локоть Уилла легла чья-то рука. Фейт помогла ему подняться. Он даже не осознавал, что она тоже здесь, как не заметил и полицейских, обступивших их плотным кольцом.
— Пойдем, — сказала она, продолжая держать его под руку и увлекая за собой по коридору.
Заключенные провожали их свистом и похабными замечаниями, обычными в ситуации, когда в этом подвале появлялась хорошенькая женщина. Уилл ни на что не обращал внимания. Он боролся с желанием опереться на Фейт или совершить еще более идиотский поступок — обратиться к ней за помощью.
Фейт усадила его за стол Билли. Наклонившись, она коснулась его щеки.
— Ты не мог знать, что он это сделает.
Уилл ощутил прохладу ее ладони. Он накрыл ее пальцы своими и мягко отстранил ее руку.
— Фейт, я не умею принимать утешения.
Она понимающе кивнула, но в ее глазах он видел жалость.
— Я не должен был ему лгать, — сказал Уилл. — Насчет сигаретных ожогов.
Фейт присела, не сводя с него глаз. Он не понимал, поверила она ему или просто не захотела спорить.
— Ты сделал то, что должен был сделать.
— Я надавил на него слишком сильно.
— Он сам обмотал простыню вокруг своей шеи, — напомнила она ему. — И еще он нажал на спусковой крючок. Если бы в тех гнездах были патроны, Уилл, ты был бы уже мертв. Возможно, он вызывал больше жалости, чем Эван Бернард, но он был таким же холодным и расчетливым.
— Уоррен делал то, на что его запрограммировали. За все, что у него было, — за все без исключения! — ему приходилось бороться. Ему никто ничего не дал. — Уилл почувствовал, как его рот сводит судорогой. — Бернард образован, пользуется популярностью у окружающих, у него есть хорошая работа, друзья и родственники. У него был выбор.
— У всех есть выбор. Он был даже у Уоррена.
Уилл знал, что она просто не в состоянии такого понять, потому что никогда не была совершенно одна в этом мире.
— Фейт, я знаю, что Эмма жива, — сказал он. — Мы должны ее найти.
— Прошло много времени, Уилл. Слишком много.
— Мне все равно, что ты говоришь, — ответил он. — Она жива. Уоррен не стал бы ее убивать. Он хотел с ее помощью получить то, чего был лишен. Ты же слышала его на допросе. И ты знаешь, что он ее не убивал.
Фейт не ответила, хотя он читал ответ у нее в глазах: она была так же уверена, что Эмма Кампано умерла, как Уилл верил в то, что девушка жива.