Аманда направилась к белому «приусу» Кайлы Александр. Ее каблуки громко застучали по бетонному полу. Автомобиль окружала группа экспертов-криминалистов. Мигали вспышки фотоаппаратов, лаборанты перебирали улики, раскладывая их по пластиковым пакетам. Все были одеты в белые комбинезоны, и немилосердная августовская жара заставляла их обливаться потом. Влажность была настолько высокой, что Уиллу казалось, будто он дышит сквозь ком мокрой ваты.
Аманда подняла голову, осматривая подземный гараж. Уилл проследил за ее взглядом. На стене виднелась одинокая камера видеонаблюдения. Она была повернута таким образом, чтобы снимать входящих в здание людей, а не оставленные на парковке автомобили.
— Чем мы располагаем? — спросила Аманда.
Она говорила очень тихо, но это были ее люди, и все они ожидали этого вопроса.
Вперед выступил Чарли Рид. В руках он держал два пластиковых пакета с уликами.
— Веревка и изолента, — пояснил он. — Мы нашли это в багажнике.
Уилл взял у него один из пакетов, в котором лежал кусок новой, аккуратно свернутой бельевой веревки, связанной пластиковым шнурком. С одной стороны веревка едва заметно розовела в месте, где волокна соприкоснулись с кровью.
— Она была так свернута, когда вы ее нашли? — спросил Уилл.
Чарли выразительно посмотрел на него, как будто спрашивал: неужели Уилл и в самом деле принимает его за полного идиота?
— Именно так, — ответил он. — Ни на веревке, ни на изоленте отпечатков пальцев обнаружить не удалось.
— Он хорошо подготовился, — заключила Аманда.
Уилл вернул веревку эксперту, и Чарли продолжил:
— В багажнике обнаружено пятно крови, соответствующей группе крови Эммы Кампано. Необходимо проконсультироваться с врачом, но не похоже, чтобы у нее было ранение, угрожающее жизни. — Он кивнул на темный полукруг в багажнике. Уиллу показалось, что по форме и размеру он соответствует голове семнадцатилетней девушки. — Судя по количеству крови, рискну предположить, что у нее рассечена кожа головы. Обычно такие раны обильно кровоточат. Ах да… — Он снова обернулся к Уиллу. — Мы обнаружили микроскопические капли крови в кладовой Эммы Кампано, как раз над мочой, которую ты там нашел. Я думаю, что эти брызги появились, когда ее ударили по голове рукой или ногой. Мы вырезали кусок гипсокартона, но я не уверен, что там достаточно крови для анализа. Возможно, именно поэтому ему не потребовались ни веревка, ни изолента. Перед тем как вытащить девушку из кладовой, он ее просто вырубил.
Видимо, Аманда пришла к такому же выводу.
— Дальше.
Чарли обошел машину, указывая на различные детали.
— На руле, на дверцах и защелке багажника имеются следы той же крови, которую мы нашли в багажнике. Классический случай переноса перчатками. — Он имел в виду, что похититель был в латексных перчатках. — Что касается мусора, то мы полагаем, что его оставила в автомобиле его владелица.
Уилл заглянул в машину. Ключи торчали из замка зажигания рядом с кнопкой переключателя скоростей. Машина была завалена стаканами из-под кофе «на вынос», пакетами из-под фастфуда, школьными учебниками и какими-то бумагами, а также коробочками с расплавившейся косметикой. Этот бедлам в сочетании с липкими пятнами от пролитой газировки указывал только на то, что Кайла Александр была слишком ленива, чтобы отправить все это в мусорный бак. В остальном в этом не было ничего примечательного.
Чарли продолжал рассказывать:
— Мы получили позитивную реакцию на содержание в сиденьях жидкостей человеческого тела. Это может быть кровь, моча, сперма, пот, мокрота. Ткань обивки очень темная, и жидкости немного, но это кое-что. Я собираюсь вырезать лоскуты с выделениями. Возможно, в лаборатории удастся выделить из них что-нибудь.
— Кровь на корпусе машины принадлежит только Эмме? — поинтересовался Уилл.
— Именно так.
— Значит, где-то по дороге из дома Эммы он сменил перчатки?
Чарли задумался.
— Это выглядит логично. Если бы он этого не сделал, кровь Кайлы и Адама тоже была бы на машине.
— Разве в такую жару она не должна была бы засохнуть? — уточнила Аманда.
— Возможно, и засохла бы, но в свежую мокрую кровь попали бы частички сухой. Я бы заметил следы ее присутствия.
— Почему вы так уверены, что это кровь Эммы?