— Ты все еще измучен? — прошептала она. — Ты хочешь, чтобы я прекратила?
Уилл не хотел ничего говорить. Он поднял ее и уложил спиной на журнальный столик. Последним, о чем он успел подумать перед тем, как войти в нее, было то, что, по крайней мере, это не кресло и не диван.
Уилл подхватил Бетти и, прижав ее к груди, побежал по улице. Она прижалась мордочкой к его шее, щекоча ее радостно высунутым язычком. Вскоре они были уже в соседнем районе, но Уилл не замедлил шагов, пока вдали не показались огни Понсе-де-Леон. Хотя Бетти яростно возражала, он опустил ее на тротуар и заставил пройти остаток пути до аптеки-закусочной.
Для двух часов ночи тут было на удивление людно. Уилл взял корзину и прошел в глубь магазина, полагая, что найдет то, что ищет, где-то по соседству с фармацевтическими товарами. Он промерил шагами два прохода, прежде чем заметил нужный отдел.
Уилл пробежал глазами по коробкам. Буквы расплывались у него перед глазами. Он отлично видел цифры, но никогда не умел хорошо читать. В начальной школе учитель заподозрил у него дислексию, но толком его никто так и не обследовал. Поэтому Уилл до сих пор не знал, страдает ли он этим отклонением или просто патологически туп. С последним утверждением соглашались все его последующие учителя. Единственным, что он знал наверняка, было то, что, как бы он ни старался, печатные слова действовали против него. Буквы наползали друг на друга, разбегались в разные стороны и утрачивали какое бы то ни было значение к тому времени, как преодолевали расстояние от глаз до мозга. Они разворачивались в обратную сторону, а иногда и вовсе исчезали со страницы. Он уже не знал, где лево, где право, и не был способен сконцентрироваться на тексте даже на час, чтобы не заработать жуткую головную боль. В хорошие дни он был способен читать на уровне второклассника. Плохие дни были невыносимы. Стоило ему устать или расстроиться, как слова начинали вращаться перед его глазами подобно воронкам в зыбучем песке.
Годом ранее о его проблеме узнала Аманда Вагнер. Уилл не знал, как ей это удалось, а спрашивать напрямую не хотел, чтобы не начинать неприятный разговор. Для составления отчетов он использовал программы, распознающие человеческий голос. Возможно, он слишком сильно полагался на проверку компьютером его орфографии. Или, может, Аманда задалась вопросом, почему он пользуется цифровым диктофоном в отличие от остальных копов, предпочитающих старомодные блокноты на спирали. Факт оставался фактом — она знала, и оттого, что теперь Уиллу приходилось постоянно доказывать ей, что от него есть польза, его работа стала гораздо труднее.
Он до сих пор не был уверен, приставила она к нему Фейт Митчелл, чтобы та ему помогала, или потому, что знала: Митчелл постарается во что бы то ни стало вытащить на свет все его пороки. Если выплывет то, что Уилл страдает функциональной безграмотностью, ему никогда не доверят собственное расследование. Скорее всего, он вообще потеряет работу.
Он не мог даже думать о том, что с ним будет, если это произойдет.
Уилл поставил корзину на пол и погладил Бетти, давая понять, что не забыл о ней, потом перевел взгляд на полку. Он рассчитывал, что это будет легче. Но сейчас перед ним находилось как минимум десять разновидностей того, что он хотел купить. Все коробки были одинаковыми, не считая различных оттенков розового или синего цвета. Некоторые логотипы были ему знакомы по телевизионной рекламе. Но среди разбросанного по двору мусора он не видел коробки. Он видел только узкую полоску, на которую было необходимо помочиться. Кто бы ни забрался в мусорный бак прошлой ночью, упаковка была уничтожена, поэтому все, что оставалось Уиллу сегодня утром, — это стоять посреди двора, держа в руках то, что совершенно определенно являлось домашним тестом на беременность.
На нем было две полоски, но что это означало? Некоторые из рекламных роликов демонстрировали смайлики. В других показывали плюсики. Не означало ли это, что существуют тесты с минусами? Или у него в очередной раз все расплылось перед глазами и он увидел две линии вместо одного-единственного минуса? Или он так перепугался, что вместо слова увидел перед собой его символ? Что, если тест совершенно недвусмысленно говорил «нет», но Уилл не смог этого прочитать?