— Мы справимся с этим, — сказал он.
— А если не справимся? — спросила она, изумившись мертвенному звучанию собственного голоса. — Пол, что, если у нас это не получится?
На его глаза навернулись слезы. Его всегда было легко заставить плакать. Эмма запросто обработала его в случае с машиной. Когда они сказали, что забирают у нее машину, она визжала и кричала. Она устроила настоящую истерику. «Я тебя ненавижу! — кричала она, обращаясь сначала к Абигайль, а потом к Полу. — Я ненавижу вас до глубины души!» Пол стоял с открытым ртом еще долго после того, как его ангелочек бросился вон из комнаты.
И теперь Абигайль задала ему вопрос, не уходивший у нее из головы всю ночь.
— Пол, скажи мне… Ты что-то сделал? Ты кого-то заставил… — Абигайль пыталась собраться с мыслями, но в них царил полнейший сумбур. — Ты кого-то кинул? Может, ее из-за этого похитили?
У Пола был такой вид, будто она плюнула ему в лицо.
— Конечно нет, — хриплым шепотом пробормотал он. — Неужели ты думаешь, что я стал бы от тебя это скрывать? Неужели ты думаешь, что я сидел бы, ничего не делая, если бы знал, кто похитил нашего ребенка?
Абигайль почувствовала себя омерзительно. Но к омерзению примешивалось скрытое торжество. Ее радовало, что удалось так легко причинить ему боль.
— Та женщина, с которой я был… Эбби, я не должен был так поступать. Я не знаю, зачем это сделал. Малышка, она ничего для меня не значила. Я просто… нуждался…
Он не сказал, в чем именно нуждался. Они оба знали ответ: он нуждался во всем.
— Скажи мне правду, — попросила она. — Где папа?
— Он кое с кем общается.
— Половина департамента полиции уже находится в нашем доме, а остальные готовы примчаться по первому зову. С кем он может общаться?
— Частное сыскное агентство. Они уже выполняли его задания в прошлом.
— Он знает, кто это сделал? Может, кто-то пытается с ним за что-то поквитаться?
Пол покачал головой.
— Малышка, этого я не знаю. Я не являюсь доверенным лицом твоего отца. Я думаю, что он прав, не полагаясь на Бюро расследований Джорджии.
— Тот полицейский внушает мне доверие. Мне показалось, что он знает свое дело.
— Ага, кому бы я точно не доверился, так это этому долбаному мудаку.
Его слова прозвучали так резко, что она не нашлась что ответить.
— Я был не прав насчет машины, — прошептал он. — Мне не следовало этого говорить. Все это не имеет к машине никакого отношения. Просто она… Она ничего не хотела слышать. Ты была права. Я должен был обращаться с ней строже. Я должен был быть ей отцом, а не другом.
Как давно она ждала, пока он это поймет? Но теперь это было уже не важно.
— Это не имеет значения.
— Я так сильно хочу ее вернуть, Эбби! Я хочу получить еще один шанс все исправить. — Его плечи тряслись от рыданий. — Вы с Эммой — весь мой мир. Я построил вокруг вас свою жизнь. Я не думаю, что смогу жить, если что-то… если что-то случится.
Абигайль села на кровати и обхватила его голову ладонями. Он прижался к ней, и она начала целовать его шею, его щеку, его губы. Когда он ласково уложил ее на кровать, она не сопротивлялась. В этой близости не было страсти и желания, лишь потребность в разрядке. Просто в их распоряжении остался единственный способ, которым они могли друг друга утешить.
Глава 6
В шесть сорок пять Уилл припарковал свою машину на площадке для автомобилей учителей возле Академии Вестфилд. Перед корпусами школы стояли охранники в наутюженной униформе из рубашек с короткими рукавами и соответствующих шорт. По территории разъезжали очень заметные автомобили службы охраны. Уилла порадовало то, что школа приняла все меры безопасности. Он знал, что Аманда попросила полицию округа ДеКалб каждые два часа присылать сюда патрульные машины. Но он также знал, что ДеКалб и без этого завален работой, на выполнение которой не хватает персонала. Частная охрана должна была компенсировать эту нехватку. Она была, как минимум, способна ослабить зарождающуюся среди учеников и учителей панику, которая, судя по количеству расположившихся по другую сторону улицы фургонов новостных каналов и толпящихся вокруг них репортеров, продолжала нарастать.
Он сегодня утром выключил телевизор, не в силах сносить всю эту шумиху. У прессы данных было еще меньше, чем у полиции, тем не менее журналисты анализировали все слухи, двусмысленности и намеки, которые им удавалось раздобыть. Эфир изобиловал «секретными источниками информации» и теориями заговоров. В утренних шоу главных телеканалов страны выступали девочки из Академии Вестфилд. Идеально уложенные волосы и искусный макияж подрывали доверие к их слезным мольбам о возвращении милой подруги. Внимание зрителей отвлекалось от Эммы Кампано, а вся история с убийством и похищением начинала выглядеть как дешевая мелодрама.