— Будь любезен, — не оборачиваясь, бросил Чарли Пейдину, — отломи черенок лопаты. Надо наложить шину.
Здание ИБО, ректор и профессора института были бы в шоке при виде эльфа, который врачует орку открытые переломы. Но дружбой народов любовался один-единственный лепрекон, которого тянуло стошнить.
— Какой-то он маленький, — сварливо заметила ферпия, разглядывая сундучок. — Может быть, есть еще? Давайте поищем в углах.
— Сил, смирись, это все, — вздохнула Виктория. Ей хотелось злиться и смеяться одновременно. Великий поход за сокровищами завершился ничем — если только в сундучке не лежали бриллианты размером с кулак.
— Надеюсь, там что-то ценное. Мою долю можешь забрать себе, — Жозефин обняла старшую сестру за плечи и ободряюще ей улыбнулась. Орчанка довольно потерла могучие ладони:
— Ну, за дело! Выглядит крепким, но против льда и огня…
— Подожди! — перебила ее Лебедка. — Если внутри что-то хрупкое или взрывоопасное, это плохая идея. Стоп. А почему все смотрят на меня?
— Ты же гном, — пожала плечами Берик. — У гнома всегда под рукой инструменты. Вскрывай замок.
— Ничего, что моя родня — сплошь торговцы? Стереотипы — такие стереотипы! — обиделась гномка. Виктория грустно вздохнула. С того дня, как пропал отцовский мультитул, она постоянно носила мамину косынку с собой. Как говорится, обжегшись на молоке… Но веселее от этого не становилось.
— Подождите, у меня есть подходящая штука! — воскликнула ферпия.
— Не думаю, что кость… — начала было орчанка, но Сильвия не стала слушать. Она выплюнула куриные кости и перья. Чайную ложку. Мраморный шарик. Четыре цветных мелка. Заколку с бабочкой. И, наконец, после долгих стараний, измазанный слюнями, на камни упал знакомый Тори предмет.
— Сильвия!!!
— Прости, — ферпия смущенно понурилась. — Я бы вернула, честно-честно. Просто им было так удобно подстригать клюв…
Тори взяла мультитул двумя пальцами, отряхнула и вручила Изабель:
— Думаю, ты имеешь право увидеть содержимое первой.
Девушки стопились вокруг сундучка в предвкушении. Позади них во тьме коридора едва заметная тень зло ухмыльнулась.
Ни-че-го. Ни бриллиантов, ни украшений, ни даже монет — внутри оказались только бумаги, желтые и ломкие от времени. Язык документов был непонятен Тори, она лишь смогла опознать алфавит. Ее спутницы озадачились не меньше:
— Похоже на гоблинский, устаревший до невозможности, — разочарованно протянула Изабель. Лебедка вертела бумаги и так, и сяк, наконец вздохнула и бросила их обратно в сундук:
— Я бы хотела сказать, что это акции на предъявителя, или еще что-то полезное, но не могу прочитать.
— Ишь ты — акции. Нахваталась от лепрекона? — насмешливо фыркнула орчанка.
— А хоть бы и, — парировала гномка. — По крайней мере, с ним не бывает скучно.
— Рада за тебя, — пожала плечами Берик. — А я не променяю свободу даже на самого красивого парня!
— Иногда самый красивый оказывается самым подлым, — пробормотала Жозефин. Берик похлопала ее по плечу, а Тори поддержала с другой стороны: орочье сострадание были искренним и сногсшибательным.
— Почему вы до сих пор не убиваете друг друга?!
Девушки обернулись на голос: все они знали его, ни одна не желала услышать.
Лорд Грегори вышел из темноты, его лицо исказила гримаса ненависти.
— В смысле — не убиваем? — приподняла бровь орчанка.
— Должно быть, проклятие слегка ослабело от времени… Ничего, сейчас оно до вас доберется! Ведь вы открыли замок, а если это сделают друзья, они превращаются в злейших врагов… Видели кости? — дракон расхохотался. — Вас ждет то же самое.
— Ничего нас не ждет, а ты — дурак, — презрительно бросила Сильвия.
— Смотрите, кто заговорил! Безмозглая курица!
Виктория шагнула вперед, сжав кулаки, но ее помощь не пригодилась ферпии: та не обиделась, напротив — развеселилась:
— Ничего с нами не случится, ведь мы — не друзья!
Это было по-настоящему больно. Тори отказывалась верить своим ушам: неужели подлец-дракон прав? Такие обидные слова Сил могла сказать только под действием очень злой магии.
— Никакие мы не друзья, — продолжала хихикать ферпия, — потому что мы — подруги! Хочешь, чтобы магия работала, строго следуй инструкциям, вот. Забыли, кто моя тетка?
Тори всхлипнула и обняла птицу.
— Перья!!! — взвыла та. — Кончай эти нежности! Подумаешь, в кои-то веки я что-то поняла правильно.
Жозефин де Ре взяла сундучок и шагнула к потерявшему дар речи дракону. Полюбовалась его гримасой секунду-другую и усмехнулась: