Еще недавно Тори только о нем и мечтала: дошла до того, что на лекциях разглядывала с подругами журналы мод, почти не скрываясь. Выбирала элегантное платье взамен нелепой мини-пародии, растерянно слушала противоречивые советы Изабель, Жозефин и Виллоу. Тайно завидовала Лебедке: та заявила, что пойдет на бал в своей обычной одежде или не пойдет вообще.
В одночасье праздничная суета не просто отошла на второй план — сгинула, как пресловутая лошадь в тумане. Принц тем временем преподносил сюрприз за сюрпризом. Иногда в голову Тори проскальзывала дурная мыслишка: "Так ли уж плохо, что он лишился друга?". Она была готова получить Сильвию Номер Два, или вовсе беспомощную размазню, и заботиться о нем.
Получилось строго наоборот.
Потеряв камердинера-опекуна, Чарли быстро стряхнул с себя образ фигляра, стал сдержан и немногословен. Не одевался каждый день, как на праздник: еще немного, пошутил Пейдин, и мы увидим эльфа в растянутом старом свитере. Неизменным осталось только его отношение к Тори. Как вести себя с новым Чарли, она еще не решила: разница была так же ощутима, как отличие электрокамина от пламени перед ней.
Живой. Искренний. И немного пугающий. Такой он ей нравился больше, но… стоило ли привыкать? Или реанимировать принцип "Каждый день — как последний"?
Давным-давно нужно было браться за практическую работу по основам магии. Вместо этого Тори занималась самокопанием, подбрасывая щепки в камин. Так и смотрела в огонь невидящим взглядом, пока не пришел Чарли. Он уселся рядом с ней молча: новый Чарли не дурачился по любому поводу. Все так же молча обнял и притянул к себе.
"Одно осталось неизменным, и это прекрасно, — подумала Тори спустя какое-то время. — Целуется он, как в тот первый раз — в больнице".
— У меня кое-что есть, вот… — он чуть отстранился и достал из кармана бархатную коробочку. В тусклом свете камина кольцо выглядело нереальным, словно готовым растаять, только прикоснись. Викторию от реальности оторвало вовсе, она едва соображала: протереть ли ей глаза, завопить: "Я согласна!!!" или скептически уточнить: "Это не розыгрыш?".
— Объявим на празднике о нашей помолвке? Не знаю, — смутился принц, — на какую руку у вас принято надевать…
Виктория молча протянула ему обе, и только тут заметила: они все еще в саже.
Иногда старые поговорки бессовестно врут: большое видится сразу, и не нужно далеко отбегать, а мелочи ускользают, открываются в самый неожиданный момент. Именно так Виктория узнала: Чарли принципиально не ест сладкое — кроме фруктов и ягод. Какая зараза тому виной — эльфы с их традициями, или банальная аллергия, она уточнять не решилась, только грустно вздохнула. Вместе с кольцом принц принес огромную коробку шоколадных конфет — подарок, не менее дорогой, чем золото: какао-бобы выращивали всего на паре островов Долгого Архипелага.
И что теперь с ними делать? Спрятать? Раздать друзьям?
Она все же решилась побыть соблазнительницей:
— Точно не будешь? Шоколад — это эндорфины, а эндорфины гарантируют радость. Тебе полезно порадоваться.
— А я думал, — усмехнулся Чарли, — шоколад — это десерт для девушек. Но раз ваши алхимики считают иначе… Пожалуй, можно штучку — ради праздника.
— Какой, все-таки, странный вкус, — покачал он головой. — Но не противный. Последний раз я пробовал это в детстве. Ты не возражаешь, если я прилягу: вымотался в спортзале…
Через минуту Виктория начала тихо паниковать: с одной стороны, от аллергии спать не ложатся, с другой — почему так внезапно?!
Через две минуты она уже трясла принца, кричала, сбрызгивала его водой.
Через три — ворвалась в комнату Сильвии:
— Тащи сюда свою тетку! Чарли не приходит в себя!
Сангатанга Энжей заикался, как будто снова был нервным подростком: эльфийский принц, за чью жизнь он нес ответственность перед Бессмертными Первородными, впал в кому. В его институте. Из-за какой-то… конфетки. И двойника эльфам не подсунешь: слишком умны.
— Не просто какой-то конфетки, — возразила профессор Туула. — Из-за яда в начинке. На сколько я поняла, зелье досталось ему по ошибке.
— Слуга пытался что-то сказать, — проворчал Безымянный, — но ты усыпила его. Надо будить.
— П-проклятые гоблинские бюрократы! — всплеснул руками Энжей. — Пока договорятся, пока ут-твердят…
— Не советую медлить, — покачала головой гарпия. — Или быстро получаем ответ от слуги, или находим решение сами: его состояние мне не нравится, а я отнюдь не пессимист.