Увы. Душехват даже не уворачивался: от его вспучившегося бородавчатыми наростами тела иглы попросту отскочили, бессильным дождём свалившись вниз. Хотя не все: одна впилась в глаз. Тварь, в которую превратился Саман, раздражённо мотнула головой, игла вылетела из глазницы и воткнулась в пол, подрагивая. На кончике наверняка осталась часть его плоти. Может, если попытаться…
Не вышло. Когда я рванулась к игле, мне навстречу устремился поток белёсого пламени. Да сколько же у него сил? Такие атаки выпивают энергию, как пустыня — воду! Упав, я покатилась по полу, огонь прошёл поверху, опалив мне волосы, дохнув бесконечным жаром и яростью бездны, из которой явился. Если так и дальше пойдёт, мы тут всё подожжём к разэдакой Праматери!
Может, этого Душехват и хочет?
Собравшись с силами, я вновь вскочила на ноги. От иглы остались лишь воспоминания, значит, об этом беспокоиться не нужно. Но где мой противник?
Он возник передо мной внезапно, упав с потолка. К этому моменту он уже успел отрастить то ли пять, то ли шесть добавочных лап с когтями. На огромных жвалах, что торчали из пасти, поблёскивала зеленоватая слюна, взбитая в пену, наверняка, ядовитая.
Больше никакого пламени. Его силы всё-таки не были безграничными. Мои, правда, тоже.
Со стороны окна в Душехвата полетел сгусток чего-то алого, разбрызгавшегося по его броне неопрятной кляксой. Ага, демонологи здесь всё же есть, по крайней мере, кандидаты в демонологи: бесстрашные и дурные. Особого воздействия алая клякса на демона не произвела — он лишь зашипел, хватая меня тремя передними лапами и подтаскивая к пасти. Коготь на одной из лап на миг расплавился, удлинился и превратился в верёвку, что захлестнула мне руки. Кто-то с чувством выругался; я была с этим парнем полностью согласна.
Широко раззявленный рот навис надо мной, блеснули кривые клыки, усеявшие глотку в несколько рядов. Со жвал слетела капля яда и упала на моё многострадальное плечо — платье задымилось, на кожу словно огнём плеснуло, она моментально вспучилась бурыми волдырями. Я не выдержала, завопила; Душехват довольно ухмыльнулся. Ещё пара странных заклятий срикошетила от его брони — бездна, да этих демонологов хоть чему-то полезному учат?
Сосредоточившись, я попыталась выпустить пару молний из глаз. Ну хоть на это меня должно хватить? Пасть, даже самая что ни на есть защищённая, внутри всё же имеет уязвимые места, и если по ним попасть…
Молнии вышли слабенькими, но Душехват недовольно рявкнул, обдав меня потоком гнилостного воздуха. И в этот миг ограничители со звоном и вспышкой треснули, рассыпавшись на блестящие осколки. Не выдержали соприкосновения двух противоборствующих демонических энергий. Осколки медленно, подобно маленьким сияющим бабочкам, взмыли в воздух — и осыпались чёрным пеплом.
Охватившее меня чувство было сродни экстазу. Словно каторжнику с рук сбили тяжеленные колодки, а с ног сняли кандалы, и теперь можно потянуться всем телом, сладко и невесомо. По жилам заструилась тёмная энергия, мрачная и неистовая, жаждущая выплеснуться наружу. И я не стала ей мешать: запрокинула голову и с мучительно-счастливым стоном выплюнула короткое заклятие-приказ, трансформируя своё тело. Грудная клетка раздалась, сквозь неё, пробивая рёбра, вылетело два костяных острия, пронзившие пасть Душехвата.
Раздался пронзительный визг. Противник выпустил меня, отпрянул, меняя себя прямо в воздухе, скрутившись жгутом и пытаясь сломать воткнувшиеся в него пики, но я уже вырвала их из его тела, с неприятным шорохом заставила уйти назад, за собственную спину, и с их помощью поднялась на ноги. Человеческое тело не привыкло к таким нагрузкам, а потому отозвалось резкой болью, но я больше не обязана была сохранять человеческую форму. Прости, Таль.
Я предупреждала.
Костяные штыри изогнулись, разветвились, обросли полупрозрачной кожей — и вот уже два крыла подняли меня в воздух. Вовремя — Душехват перегруппировался и теперь держал в длинной, изогнутой в пяти местах конечности меч, на который было больно смотреть, а не смотреть — почти нереально. По иссиня-чёрному клинку пробегали багровые сполохи. Он завораживал, заставлял терять волю и подставлять шею под удар.