«Видите, как я смиренна и послушна?» – хотела добавить она, но вовремя остановилась, перевела дух и продолжила.
Я не могу рассказать вам всего, просто поверьте, что мою дорогую подругу Мей и мастера Ройма связывают глубокие, настоящие чувства. Лорд Теодор, увы, небогат. Возможно, им никогда не быть вместе. Я прошу о малом: помогите устроить встречу Мей и господина Ройма, чтобы они смогли поговорить наедине. Прошу вас, не торопитесь, обдумайте решение. И конечно, в первую очередь вам необходимо поправиться. Принимаете ли вы мою настойку? Не забывайте этого делать. По приготовлению настоек у меня всегда был высший балл, и кстати, если вам интересно, это целебное снадобье научил меня готовить преподаватель зельеварения, с которым вы имели честь познакомиться во время вчерашнего чаепития.
Вертрана перечитала послание, ее сердце колотилось. Что помешает лорду Конору донести директрисе на недопустимые отношения между Мей и бывшим учителем? Ему-то ничего не грозит, а вот Меюше придется отдуваться за двоих. Можно было только надеяться, что Элли не ошиблась в отношении господина Ространа. Возможно, он оставит письмо без внимания, но хотя бы не выдаст.
Она трясущимися руками сложила письмо и запечатала магией. Наложила слабенькое заклинание, чтобы лорд Конор смог открыть, и отправилась разыскивать Тину.
– Отнеси это письмо в тот же дом, – попросила она. – А я найду способ тебя отблагодарить. Не подведу! Тебе ведь нравится моя накидка?
– Очень теплая, – осторожно ответила прислужница. – Но госпожа Амафрея уж больно подозрительно косится теперь на меня… Я бы хотела помочь, но… Вы ведь знаете, мне нельзя терять это место!
Вертрана молитвенно сложила руки:
– Это в последний раз! Обещаю!
Тина покачала головой, но письмо взяла.
Вертрана вернулась в спальню и кивнула Эйлин. Теперь оставалось только ждать хороших или плохих новостей. Мей они ничего не сказали: ни к чему волновать ее раньше времени.
Следующий день начинался тихо и спокойно. На рунологии Вертрана так старательно переводила древний текст, что даже заслужила похвалу преподавателя.
– Нет бы вам раньше так стараться, дорогуша! – пробурчал старенький мастер Фрин. – Знание рун необходимо каждой магиссе! Это не просто буквы, не просто символы – это сама магия! То, что невозможно изложить обычным текстом, всегда можно передать рунами.
– Угу… – покорно кивала Вертрана.
Все ее мысли были только о письме и лорде Коноре. Как он поступил с ним? Сразу же испепелил? Разорвал на мелкие клочки? Перечитывает, кривит губы в гадливой усмешечке и придумывает наказание для нерадивой помощницы? Если он до сих пор не ответил, значит, надежды почти не осталось.
– Садитесь, Вертрана.
Верта опустилась на стул и механически принялась чертить на листе руну «Дор» – «договор».
– Договор? – прочитала Мей. – Какой договор?
Верту будто молния ударила. Еще не веря себе, она начертила несколько рун. У каждой руны было несколько смыслов, поэтому так сложно понять написанное. Она молча подвинула листок к подругам.
– Мы с хозяином заключили договор? – прочитала Эйлин и вскинула на Верту изумленный взгляд.
Вертрана с радостью заменила бы символ «хозяин» на любой другой, но пришлось поступиться гордостью ради дела. Она энергично закивала на вопрос Элли и продолжила писать, но магистр Фрин заметил неладное.
– Так, девочки, записками будете обмениваться у себя в дортуаре!
У Вертраны жгло пальцы: так хотелось поделиться с подругами, но пришлось прерваться. «Вдруг они смогут помочь? – успокаивала Верта разбушевавшуюся совесть. – Я могу им доверять как себе. Я не предаю его… Или предаю? Да какая разница! Он не откликнулся на мою просьбу! Поэтому – плевать!»
За обедом Вертране передали коробку конфет, крепко перевязанную атласной лентой.
– От лорда Конора, – сообщила повариха.
«Розочки» с надеждой воззрились на подношение.
– Да он издевается! – прошипела Вертрана. – Это его ответ? Поешь конфеток и утешься?
У нее даже слезы на глаза навернулись от разочарования.
– Делиться будешь? – нетерпеливо спросила Лора.
– Конечно! Хоть все забирайте!
Вертрана попыталась развязать узел, но тот не поддавался – Верта едва не сломала ноготь. Точно издевается!
– Открою в спальне и всех угощу, – пообещала она.
Эйлин тоже выглядела расстроенной, избегала встречаться с Вертой взглядом.
– Отдай мою долю Мей, – попросила подруга.
Вернувшись в дортуар, Вертрана отыскала в тумбочке нож для бумаг и перепилила ленту. Шоколадные конфеты выглядели и пахли чудесно, вот только у Верты совершенно не было аппетита. Она обошла девочек – каждой досталось по конфете. Мей перепало две, она откусила маленький кусочек и расплылась в улыбке.