Правда, лишь на мгновение! Потому что ее душу крепко удерживали лорд Конор и каждая из вычерченных с тщательностью рун, соединивших их ауры тысячами стежков, сшив так, что не разорвать.
Вертрана рухнула в бездну, но только для того, чтобы через секунду вынырнуть в объятиях лорда Конора. Он держал ее на руках, прижав к себе. Вертрана хрипло вздохнула, будто на самом деле выплыла из глубины. И разрыдалась.
– Все хорошо, все хорошо. Ты здесь, – тихо повторял он. – Не бойся. Все хорошо.
Он гладил ее по спине и покачивал, утешая. Но вот его ладони замерли, а потом опустились. Каждый мускул застыл.
Лорд Конор только сейчас осознал, что последняя надежда развеялась в пыль. Он никогда не вернет дочь…
49
Господин Ростран выпустил Вертрану, поднялся, вышел на середину кабинета и встал, повернувшись спиной. Верта разглядывала его напряженные плечи и не знала, какие слова найти для утешения. Если бы он только дал выход своей боли: раскидал кисточки, опрокинул стол, сделал что-то варварское, злое и отчаянное. Пусть бы кричал! Но Вертрана будто воочию наблюдала, что его душа покрывается корочкой льда. Только что они держали друг друга в объятиях, но вот уже невидимая, но непроницаемая стена встала между ними.
– Я дам распоряжение, – сухо и отстраненно сказал господин Ростран.
– Какое? – не поняла Верта.
Она так и сидела на кушетке. По коже побежали мурашки, Верте сделалось зябко и неуютно. Она поискала глазами халат, но не нашла и потянула на себя покрывало, накинула на бедра.
– Ты выполнила свою часть договора. Я, как и обещал, выполню свою. Тебе подберут дом, подготовят документы. Через несколько дней ты будешь полностью свободна.
Как холодно звучал его голос. У Вертраны в голове все перемешалось. Ей казалось, что она должна упомянуть что-то важное, что-то ценное, но она забыла – что именно.
«А как же вы?» – готово было сорваться с языка. Хорошо, что удержалась. Что за глупый вопрос? Лорду Конору плохо, очень плохо, а будет еще хуже.
– Зачем все… – тихо сказал он, не обращаясь ни к кому, кроме, возможно, жестокого рока, забравшего у него все, что дорого, и сам себе ответил: – Вот и выход.
Господин Ростран подошел к столу и принялся разбирать бумаги, то ли забыв про Вертрану, то ли ожидая, когда она уйдет.
А у Верты от ужаса похолодели руки. Лорд Конор ничего не сказал прямо, но нетрудно было догадаться, что он отказывается бороться. Все эти годы он держался на чистом упрямстве, на глупой и отчаянной надежде спасти дочь. Снова и снова выкарабкивался из ям и ловушек, поднимался из праха тогда, когда любой другой давно бы сдался. Но не теперь. Теперь лорд Конор будет ждать следующего покушения как избавления.
– О нет… – жалобно прошептала Вертрана, вытирая непрошеные слезинки. – Не нужно…
– Уходи, Вертрана! – ответил он сурово и добавил тише: – Он победил…
Вертрана встала, сердито схватила халат, дернулась было в сторону двери… и не смогла уйти.
Как удержать его в этом мире? Такого гордого, надломленного. Он не попросит о помощи, хотя сам никогда не отказывает в ней. Его не станет, а гадские сволочи вроде лорда Геронима, свиноподобного лорда Бетхора, бесхребетного лорда Ханка продолжат жрать, и спать, и производить на свет таких же никчемных отпрысков.
Вертрана краем глаза зацепила свое отражение в зеркале – стройное обнаженное тело, испещренное рунами. Закусила губу и вытащила шпильки из прически. Темные волосы пышной волной укрыли плечи.
Она просто уличная девчонка без рода и племени, дерзкая на язык маленькая дикарка. Манеры, над которыми бились преподаватели и классная дама долгие шесть с половиной лет, в минуту отчаяния слетели с нее, как конфетный фантик. И если жар юного тела – та цена, которая задержит лорда Конора хотя бы на один день, Вертрана будет рада ее заплатить.
Осторожно ступая, на цыпочках, она подошла к нему со спины. Только бы не оттолкнул. Вздохнув и задержав дыхание, обняла за плечи, ткнулась носом в лопатку. Верту колотила дрожь. Лорд Конор порывисто обернулся, их взгляды встретились. Серо-зеленые глаза были совсем темными, безнадежными, но все же в глубине всколыхнулось что-то живое. Сначала изумление, а потом гнев.
– Собираешься принести себя в жертву? – спросил господин Ростран зло и язвительно.
Руки Вертраны застыли, так и не коснувшись его груди. Но потом она даже обрадовалась: пусть так! Только не это ледяное безразличие.
– Нет, – сказала она тихо. – Никаких жертв. Я просто хочу… тебя… напоследок… Корн.
Он отшатнулся, услышав это имя. Схватил ее за запястья, чтобы оттолкнуть, и… впился в ее губы.