— Прошёл курс в Дуолинго, — соврал я.
— Dobrodošli u Crnu goru!* — таксист от радости заулыбался. — Надолго тут?
— Кажется, не очень. Нужно выполнить одно поручение, после этого сразу домой.
— Какой деловой! Обычно русские тут на год-два останавливаются, потом уезжают либо в Сербию, либо в Европу, либо обратно на родину.
— Нет-нет, это точно не про меня. Обойдусь без долгого путешествия. Как разберусь с делом, так сразу в Москву. За месяц управлюсь, надеюсь.
— И что будешь делать в Черногории? — таксист всё не унимался.
— Я представляю интересы одной очень богатой семьи, – расплывчато ответил я.
— О, как сказал-то! Кто же они? Джукановичи, что ли?
— А вы скоро узнаете сами, как довезете до Будвы.
Мужчина потыкал в навигатор. Мычание, прежде неопределенное, вдруг превратилось в утробное бурчание.
— Тут написано, что в монастырь тебя везти. Подмайне? Монастырь Подмайне, что ли?
— Именно так.
— Кажется, я догадываюсь, на кого вы работаете, — радость в голосе таксиста поубавилась.
— Правда?
— Этот адрес знаю слишком хорошо… Станковичи, значит. Ну даете…
— Вы правы, она самая семья. Я официальный представитель её корпорации. Что-то не нравится?
– Нет, всё хорошо.
Таксист хмыкнул. Спустя минуту он добавил:
— Грустно.
Следующие полчаса мы ехали молча. Чем ближе машина была к монастырю, тем злее становился черногорец. Мне было плевать на него, лишь бы довёз до цели. Видимо, чтобы задушить поток негативных мыслей, таксист включил радио на полную громкость. Сквозь хриплый динамик заиграла мужская лирика:
Ka i nekad gledam nebo
Tražim gradove u noći
Di smo podno zvizda zori krali rumen sjaj…**
И в самом конце, когда осталось всего ничего, черногорец остановился у какой-то вонючей забегаловки, где дым прогорклого масла расходился по округе, травя всё живое, — категорически отказываясь довезти до монастыря.
В тени дерева я набрал номер связного. В ответ только гудки.
— Какая гостеприимная Черногория, — расстроенно сказал я вслух.
Ноги понесли меня к крепости, где находился заветный монастырь. Чувствовалось, как капли пота текли по спине вниз, щекоча кожу. Сто метров, двести, триста…
С собой в командировку — если её можно так назвать, — я взял немного личных вещей. Основной и самый важный груз заключался в портфеле: бумаги в оригинале, с мокрой синей печатью, с чернильными подписями, некоторые с апостилем. Документы подтверждали мой высокий статус представителя Семьи – настолько высокий, что пришлось ехать аж на такси и лететь эконом-рейсом. Чтобы европейские чиновники не заметили во мне богача или скрывающегося криптомошенника, я должен для одних изображать простака, а для других – теневого босса.
Работодатель сделал всё, чтобы у автономной организации, базирующейся в прибрежном городке тихой деревенской страны, не было никаких серьезных возможностей воспрепятствовать моей деятельности.
Потуги таксиста сбросить меня, необычного гостя Черногории, были просто смешны, но внезапно я заметил радикальную перемену в обстановке: стоило мне пройти сто метров до конечного пункта, как городская жизнь, прежде шумная, хоть и неспешная, вдруг замерла. Исчезло человеческое присутствие. Возле монастыря не ездили машины, не ходили люди и не возводились новые здания; более того, казалось, что природа сама хочет упрятать это тихое место в невидимую завесу.
Даже деревья были рассажены так, чтобы подъезд к храму оставался незаметным. Только каменные стены, крыша монастыря и часовая башня — всё, чем можно довольствоваться в обозрении со стороны улицы.
Хорошая маскировка, подумал я. Только от кого? В городке от силы тысяча жителей. Все знают всех.
Я спустился вниз, под взоры камер со стен и охранников, выглядывающих из бойниц. Не к такой холодной и потной встрече меня готовили. Теперь придется импровизировать.
Лена настоятельно рекомендовала соблюдать правила игры. Что угодно, любая свобода действий, даже игнорирование местного законодательства и, если понадобится, “аннулировать” мешающего сотрудника – но всё должно быть в пределах корпоративных интересов. В такой противоречивой логике должен появиться баланс действий: выполни миссию так, будто всё произошло само собой.