Я ничего не мог с этим сделать.
Просто сидел с этим и думал, что вот как это происходит. Не резко, не драматично — просто медленно и неостановимо, как вода, которая точит камень. Пять лет — и уже не помнишь голос. Ещё пять — и лицо станет совсем размытым. Ещё десять — и что останется.
Имена я помнил. Это точно.
Пока точно.
Я взял чистый лист и написал их — жена, сын, дочь, имена родителей с обеих сторон. Сложил, убрал в карман. Пусть лежит.
Хотя бы имена.
Глава 12. Столица
Новость дошла до Ратова через три месяца после того как это случилось.
Какая-то команда авантюристов из столицы убила дракона. Не баллистами, не случайно — пошли в горы, нашли логово, убили. Третий дракон за всё время. Первые два были городской случайностью, этот — намеренный.
Я услышал это в таверне — как всегда, в таверне — и не сразу понял, что именно изменилось. Потом понял. Если это возможно — убить дракона намеренно, в его логове — значит есть люди, которые знают как. Значит где-то есть информация, которой у меня нет.
Значит мне пора двигаться.
Семь лет.
Семь лет я прожил в Ратове под именем Ингвар. За семь лет я стал частью этого города так плотно, что иногда ловил себя на мысли, что думаю о нём как о своём. Знал каждую улицу, каждый переулок, знал в лицо половину горожан и по имени — треть. Купил небольшой дом в тихом квартале — не потому что нужен был дом, просто надоело платить за трактир и хотелось, чтобы никто не стучал в дверь с уборкой.
Приятели появились — настоящие, не для легенды. Керн Мильнев, чиновник из магистрата, умный и ироничный мужик лет сорока пяти, с которым можно было говорить о политике и не скучать. Боб — трактирщик, тот самый рыжебородый из Золотого Кабана, с которым я иногда сидел за кружкой эля после работы и молчал о своём. Ганс Майер давно перестал быть просто учителем — стал чем-то вроде наставника, иногда другом, хотя это слово мы никогда не произносили вслух.
Женщины обращали на меня внимание. Я был слеп к этому — не потому что не замечал, а потому что намеренно не смотрел в ту сторону. Жена была где-то там, в другом мире, в другом времени. Я её почти не помнил уже — лицо размытое, голос пропал давно. Но хранил верность не воспоминанию даже — просто принципу. Если начну — что это будет говорить о том человеке, которым я был.
Ганс однажды сказал мне прямо — мы сидели после тренировки, он смотрел, как я убираю меч.
— Вы не станете мастером — сказал он. Без жестокости, просто констатировал. — Таланта нет. Слишком много думаете там, где нужно чувствовать.
Я не обиделся. Он был прав.
— Зато кинжал у вас хорошо получается — добавил он после паузы. — Там думать не нужно. Там нужно только успеть.
Я подумал, что это точное описание того, как я убивал в первом мире — успеть, под скрытом, из-за угла. Не мастерство, просто момент. Видимо это моё.
В столицу я решил ехать по двум причинам.
Первая — та команда авантюристов была оттуда. Кто-то там знал что-то, что позволило им войти в логово дракона и выйти живыми. Я хотел знать, что именно.
Вторая — Борн.
Имя всплыло из разговора с одним королевским чиновником, который проезжал через Ратов и остановился на ночь. Мы разговорились — он знал, что я интересуюсь драконами, тема была острой для всех. Он упомянул, что в столице есть старый учёный, занимается драконьей биологией уже лет десять, желчный одиночка, которого никто не слушает — но какие-то данные у него есть.
Борн. Живёт в Греноле.
Я собирался к нему.
Сборы заняли неделю.
Дом я продал — не срочно, по нормальной цене, через знакомого купца. Взял рекомендательные письма от нужных людей — Керн написал хорошее письмо к своему коллеге в столичном магистрате, Ганс написал к кому-то из братства Арса в Гренол, и ещё пара человек из гильдии ремесленников. С письмами всегда легче — в незнакомом городе это разница между чужаком и человеком с именем.
Пространственный карман набил основательно — деньги, запас еды и воды, одежда, оружие, лекарства. Два походных баула сверху — для повседневного использования в дороге, чтобы каждый раз не лазить в невидимый карман при людях.
Лошадь брать не стал.
Проще купить место в торговом обозе. Медленнее, зато без хлопот.
Гаррет, хозяин одного из крупных торговых обозов, регулярно ходивших между Ратовом и Гренолом, был мне знаком — несколько раз делал для него учёт. Договорились быстро, без торга. Через месяц обоз отправлялся в столицу — я занял место.