Я смотрел на них и думал, что за семь лет в Ратове привык к другому. Там я был своим — знал каждый переулок, каждое лицо. Здесь я был чужим и шёл наугад.
Это меня и подвело.
Дело в том, что за эти семь лет в Ратове я почти перестал пользоваться скрытом и фазой в повседневной жизни. Просто незачем было. Всё что мне нужно было — я уже разведал. Опасностей, от которых нужно прятаться, не было никаких. Я ходил где хотел, в любое время, и давно перестал думать об этом как о чём-то, что нужно контролировать. Привык жить как обычный человек — видимым, плотным, без постоянного фонового контроля.
Сенсорику в городе вообще давно не включал. В Ратове я знал кто где находится и без неё — просто по памяти, по привычке.
И по той же инерции я пошёл гулять по незнакомому столичному городу как будто это была моя улица в Ратове.
Провинциал, одним словом.
Их было двое.
Я не заметил, как они появились — просто вдруг один оказался сбоку, второй сзади, и нож был уже у горла. Грязные, быстрые, явно не первый раз. Хорошо одетый мужик без свиты в незнакомом квартале — лёгкая добыча.
Я стоял секунды три в полном ступоре.
Честно — три секунды просто стоял. Не от страха, от неожиданности. В голове была каша — нож, горло, стоять, не двигаться, что делать. Меч висел на поясе, и я даже не дёрнулся к нему. Семь лет тренировок, и первая реальная угроза — три секунды столбом.
Потом включилось.
Скрыт и фаза — мгновенно. Нож прошёл сквозь горло как сквозь воздух. Тот, что держал нож, качнулся вперёд от неожиданности и успел издать короткий изумлённый звук — что за…
Я уже был у него за спиной. Вышел из фазы. Кинжал вошёл быстро и чисто — Ганс научил хорошо, что правда то правда. Второй обернулся — я ударил его рукоятью в висок. Он упал. Я добил.
Потом стоял над ними и дышал.
Руки не тряслись. Это меня немного удивило — первый раз убивал в этом мире, живого человека, не дракона. Ждал какой-то реакции от себя. Ничего. Только злость — на себя, за ступор, за беспечность. Три секунды. Три секунды столбом в первый же день в столице.
Думаю, справился бы и без фазы — скорее всего. Но зачем рисковать. Я не в кино снимаюсь.
Свидетелей не было — переулок пустой. Хорошо.
Убрал кинжал и пошёл искать дорогу к трактиру.
По дороге думал, что надо включать сенсорику в незнакомом городе. В Ратове не нужна была — знал каждый угол. Здесь — другое дело. Расслабился как идиот. Больше не расслаблюсь.
На следующий день начал собирать информацию.
Про авантюристов говорили везде — тема была ещё живой, хотя с момента события прошло несколько месяцев. Проблема была в том, что правду от выдумки отделить было трудно. Чем больше выпито, тем крупнее подвиг — это, похоже, универсальный закон для любого мира.
Из разных разговоров в разных тавернах и на рынках картина складывалась примерно такая.
Отряд небольшой — пять или шесть человек, точно никто не знал. Пошли в горы намеренно, с конкретной целью убить дракона в логове. Не молодого детёныша — взрослого, большого. Убили. Как доказательство притащили в столицу голову.
Голова была размером со слона.
Я слышал это от нескольких людей независимо и каждый раз с таким видом как будто сами не верили в то, что говорили. Голову дракона притащить в столицу — это само по себе было подвигом отдельным. Видимо на телеге везли, как иначе.
Командира отряда звали Мирослава. Женщина — это тоже упоминалось везде и с разными интонациями. Кто восхищался, кто скептически хмыкал, кто придумывал, что она демоница или ведьма. Я отфильтровывал очевидную выдумку и оставлял факты — имя, пол, командир, отряд, убитый дракон.
Где они сейчас — никто не знал толком. Одни говорили, что в столице, другие что ушли снова в горы, третьи что разошлись кто куда. Я запомнил имя и решил, что найду их позже.
Про Борна говорили меньше и без восторга.
Есть такой, да. Маг на городской службе. Живёт в башне — в настоящей башне мага, такие здесь были у некоторых магов, отдельно стоящие, с лабораторией внутри. Отрабатывает три дня городской повинности в неделю — ставит печати где нужно, консультирует. Остальное время закрыт у себя, чем-то занимается, частных заказов не берёт, на контакт идёт неохотно.