Сфера падала — не стремительно, плавно, почти лениво, оставляя за собой короткий синий след, который таял в воздухе. Большая — заметно больше тех, что влетели в нас на чекпоинте, размером примерно с футбольный мяч. Она шла вниз медленно и красиво и падала примерно в полукилометре впереди.
Я побежал.
Не думал — просто побежал, быстро, быстрее чем бежал последние полчаса. Ноги сами нашли темп. Ещё один дар — мысль билась где-то на краю сознания — ещё одна возможность, нужно успеть раньше других.
Других не было видно — я ушёл достаточно далеко в сторону. Но это ничего не значило. Сфера была видна издалека, и кто-то другой мог тоже заметить.
Я бежал и не останавливался.
Сфера коснулась земли — мягко, без звука, просто легла в траву и продолжала светиться. Синее живое свечение, пульсирующее, притягивающее взгляд. Я подбежал, встал над ней, перевёл дыхание.
Протянул руку.
Ничего.
Рука прошла сквозь свечение как через воздух — никакого сопротивления, никакого тепла, никакого удара в грудь. Я попробовал ещё раз — медленнее, увереннее. Снова ничего. Сфера светилась как ни в чём не бывало, равнодушная к моим попыткам.
Я выпрямился.
Встал рядом и стал ждать.
Время шло — минута, две, пять. Я переминался с ноги на ногу, поглядывал по сторонам. Никого. Только степь и это синее свечение в траве, которое не реагировало ни на что. Жажда. Голод.
Потом свечение начало гаснуть.
Медленно — как угли, которые перестали раздувать. Синий становился бледнее, бледнее, ещё бледнее — и исчез.
На земле лежали две вещи.
Пластиковая бутылка воды — обычная, полулитровая, запечатанная, с каплями испарины на стенках. И протеиновый батончик в яркой обёртке — такой же обычный какой можно купить в любом спортивном магазине.
Я смотрел на них секунду.
Потом схватил батончик, разорвал обёртку и начал есть — быстро, почти не жуя. Шоколадно-ореховый, приторный, невероятно вкусный именно сейчас именно здесь. Я съел его за четыре укуса, открыл бутылку и запил — медленнее, заставил себя пить медленно, небольшими глотками.
Вода была прохладной и лучшей воды в моей жизни не было.
Я убрал пустую обёртку в карман — рефлекторно, по привычке — и почти засмеялся от абсурдности этого жеста. Потом убрал недопитую бутылку туда же, в карман — она не помещалась нормально, торчала. Вытащил обратно, взял в руку — и побежал дальше.
Голод не прошёл полностью, но отступил. Стало чуть легче думать.
Впереди на горизонте темнело пятно — округлое, плотное, не похожее на степь вокруг. Я смотрел на него на ходу и думал, что это то же самое, что я видел раньше — те тени, которые не мог разглядеть. Теперь ближе.
Я не менял направление — просто бежал и смотрел.
Глава 6. Полдень без солнца
Я бежал и думал о свете.
Не потому что это было срочно — просто мозг наконец отпустил панику достаточно, чтобы начать замечать детали. Полдень. Уже несколько часов — полдень. Солнце не сдвинулось ни на градус, тени не изменились. Я посмотрел под ноги — тени вообще не было. Ни у меня, ни у травы, ни у чего.
Я остановился на секунду и огляделся.
Свет шёл отовсюду одновременно — равномерный, без источника, без направления. Как будто само небо светилось изнутри. Никаких облаков — вообще никаких, ни одного, чистое белёсое небо от горизонта до горизонта. Температура не менялась с момента как я сюда попал — те же тридцать градусов, сухой жар, ни намёка на ветер.
Это не просто другое место.
Это созданное место. Кто-то выставил здесь параметры как в настройках — температура, освещение, погода — и зафиксировал. Навсегда.
Мысль была неприятной в своей законченности. Я убрал её и побежал дальше.
Тёмное пятно на горизонте становилось чётче с каждым километром. Округлое, плотное — явно деревья, высокие, сбитые в круг. Лес. Я смотрел на него на ходу и думал, что туда соваться не стоит — слишком очевидное укрытие, слишком тёмное, слишком непонятное. Потом заметил что-то левее.
Сначала не понял, что именно — просто что-то не так с воздухом. Потом разглядел.
Дождь.
Не везде — локально, строго в одном месте. Круглое пятно дождя метров пятидесяти в диаметре, вода падала сверху с высоты примерно пятиэтажного дома — ровными струями, без ветра, без туч над ним. Просто дождь из ниоткуда, посреди сухой степи, в вечный полдень без единого облака.
Я изменил направление.
Подбежал ближе и остановился у края. Струи были ровными, почти красивыми — прозрачные, негромкие, пахло влажной землёй и чем-то чистым. Земля внутри круга была мокрой, тёмной, в маленьких лужицах.