У партизан опять раздается громкая команда:
- Огонь!..
Еще более оглушительный гул потряс воздух, далеко раскатился по степи. Белые уже начали поспешно отступать к станции.
- Батарея, огонь!..
Но уже молчит партизанская артиллерия. На этот раз старый бомбардир-наводчик перестарался. Лишняя порция самодельного пороха сделала свое дело. Казенная часть пушки разорвалась.
Вышла из строя пушка Емельяна Макарыча… Но панику среди белых внесла она хорошую. Партизаны со всех сторон начали нажимать на станцию. На восходе солнца выполнил полк свою боевую задачу, захватил станцию…
Сергей Петрович замолчал и через минуту проговорил:
- Вот вам и самодельная пушка. Сейчас, может, кто и улыбнется, увидев такую в музее, а тогда она по сути судьбу сражения за станцию решила. Так-то вот, друзья мои. И посему к вашей находке должны мы все отнестись с уважением. Мысль Кости я поддерживаю…
Утром на горном плато закипела работа. Пушку оттянули подальше от края ущелья. Из плитняка и гранитных обломков ребята сложили метровое основание - постамент. В ущелье, на берегу речки нашлись выходы отличной, очень вязкой белой глины. Глина прочно схватывала плитняк и гранит. Постамент получился добротный.
Пушку подняли на него. Ствол зажали среди гранитных обломков.
Окончив работу, ребята молча смотрели на свое сооружение.
Петя отошел в сторону и в чем-то убеждал отдыхающего на камне Алексея Ивановича. С сияющим лицом он вернулся к ребятам. За ним, с ружьем в руке, подошел Сыркашев.
Петя окинул ребят и присоединившегося к ним Сыркашева и Сергея Петровича значительным взглядом и как-то особенно торжественно произнес:
- В честь сражавшихся в этих горах партизан мы дадим салют.
Алексей Иванович протянул Пете свое старенькое ружье и патроны.
Петя передал тулку Косте.
- Костя, салютуешь ты. И вы, Сергей Петрович.
На загорелом лице Кости заиграл румянец. Костя взял ружье.
Прозвучала команда:
- Сми-и-рно!
Все замерли. Не шелохнувшись, с зажатой в руке фуражкой стоял на правом фланге Алексей Иванович Сыркашев.
Над горным плато, распластав могучие крылья, парил в потоках воздуха большой орел. От далеких снежных хребтов тянуло свежестью.
Из ущелья доносился приглушенный шум реки на пороге.
С трепетно бьющимся сердцем Костя медленно поднял ружье, прижал приклад к горячей, пылающей щеке и нажал на спусковой крючок.
Выстрелы из двух ружей гулко прокатились над горным плато и замерли в зеленых развалах хребтов…
30. НА РАССВЕТЕ
Река, пересекающая большой сибирский город, еще спала. Позднее весеннее половодье не схлынуло. Острова и обширная левобережная пойма были затоплены.
В свежем воздухе пахло весенней, не прогретой солнцем водой, цветущими яблонями из садов правобережья.
В этот ранний час по новому мосту, соединяющему город с заречьем, захватив всю его ширину, сцепившись крепко руками, шли юноши и девушки. Раздавались громкие восклицания, смех.
Только что окончился выпускной вечер.
Посредине моста закружились пары.
По обоим берегам полноводной реки еще лежал в полусне большой город. Ниже моста, в порту, грузились пароходы. Похожие на странных больших птиц с вытянутыми длинными ажурными шеями, портальные краны бесшумно повертывали стрелы с зацепленным грузом.
Караван барж, груженных лесом, прошел под мостом.
У решетки остановились Костя, Олег и Славик. К ним подошли Гера с Петей.
На левобережье окна в верхних этажах зданий, расположенных по взгорью, загорелись розоватым нежным светом, а через минуту они уже запылали расплавленным золотом.
- Ребята, помните восход солнца на Соболиной горе? - проговорил Петя, пощипывая темный пушок над верхней губой.
- Ну конечно…
- Ээх, еще бы разик куда-нибудь махнуть в горы, в тайгу, - вздохнув, произнес Славик. - Опять всем вместе…
- Теперь все… Недельку передохнуть, и снова за книги, - промолвил Петя.
- Ну, конечно, не нынче. В следующее лето. В каникулы.
- Это - другое дело.
- На лодке. Спуститься до низовья, за полярный круг. Будем охотиться, ловить рыбу, исследовать берега. А… Здорово получится.
- Где-то сейчас наш Алексей Иванович? - проговорил Костя, задумчиво глядя на реку.
Клубился легкими прозрачными струйками пар. Вода под левым берегом порозовела.
Перебивая один другого, друзья заговорили о Сыркашеве. Каждый из них добрым словом вспомнил старика.