— Мы уже в пути. Воины собрались снаружи.
Клэйв, сопротивляясь приливу, добрался до своего заплечного мешка, который он подготовил несколько периодов сна назад.
Меррил проворчала:
— Да? И сколько же у нас времени?
Она проводила время, обучаясь делать стрелы, скручивать тетиву, мастерить арбалеты и стрелять из них. Клэйв смотрел, как она практиковалась на мишени. Ей удавалось это так же хорошо, как и любому из граждан Штатов Картера, ее мощные руки отлично справлялись с арбалетом.
Тем не менее он сказал:
— Меррил, ты все равно член Штатов Картера, независимо от того, будешь ты сражаться или нет. Но очень многие здесь — не граждане.
— Ну так что?
— Тебе не обязательно идти сражаться.
— Скорми это дереву, о Председатель!
Клэйв засунул пучок свежеотравленных стрел себе в колчан.
— Тогда забирай свое хозяйство и пошли!
Прилив достиг той же силы, что и на кроне Квинна. По тоннелю уже можно было гулять, но ощущение стало непривычным: каждая веточка и пучок листвы дрожали мелкой дрожью.
Клэйв протолкался сквозь ломающиеся ветки и мягкий зеленый пух поближе к небу. Облачный столб уже тянулся до самого горизонта. Поверхность джунглей стояла вертикальной стеной, и ему приходилось изо всех сил цепляться за ветки.
Тощие воины вылезали из отверстий в листве, точно черви. Пятьдесят или шестьдесят граждан уже оседлали реактивные стручки. Клэйв чувствовал себя обиженным. Шарман сообщила ему обо всем слишком поздно, а Меррил вообще ничего не сказали. Почему? Чтобы дать им возможность спрятаться за чужими спинами? Чтобы иметь право сказать: «Конечно, я бы сражался, но меня никто не предупредил вовремя»?
Может, Штатам Картера разморы нужны больше, чем граждане?
Он помог Меррил пробиться сквозь листву. В ее глазах пылал огонь битвы.
— Охотники за разморами просто выбросили нас, — заявила она. — Мы не стоили их времени.
— У меня была сломана нога… — Клэйв догадался и сказал, пряча усмешку: — Охотники за разморами сделали чудовищную ошибку, не подобрав тебя.
— Ну, они скоро поймут это. Не смейся! — Меррил потрясла гарпуном, его наконечник был вымазан зловещей желтой массой. — Эта штука, если не убьет сразу, сведет с ума.
Небо клубилось тучами. С темных облачных утесов срывались молнии. Клэйв поискал западную оконечность — она казалось тонкой теневой линией. Лондон-Дерево было слишком большим, чтобы спрятаться в облаке: около пятидесяти километров. Это половина длины Дальтон-Квинна, но в пять раз длиннее в продольном направлении, чем меховой шарик джунглей.
Выбранный Комлинком лидер Антон уже обхватил ногами самый большой стручок. Антон был ниже ростом, чем большинство мужчин Штатов Картера, и темнее. Однако Клэйву и он казался длинным, с вытянутыми хрупкими костями. Его увешивало оружие: арбалеты и стрелы, кнут с узлом на конце. Ногти у него были длинные и острые, там и сям краснели шрамы, и выглядел он диким и опасным.
Передние концы реактивных стручков были утыканы деревянными копьями, которые служили тараном. Воин устраивался в середине стручка, чуть ближе к дальнему его краю, и, перенося вес тела, управлял им. Клэйв использовал несколько стручков, чтобы практиковаться.
Стручков было больше, чем воинов, — около сотни, широко расставленных и связанных длинным тросом. Меррил выбрала один и уселась.
— Привязать тебя? — спросил Клэйв.
— Я удержусь. — Она пропустила конец троса под стручком и перехватила его с другой стороны.
Клэйв пожал плечами и тоже отправился выбирать себе стручок. Тот был выше его роста, но менее массивным: где-то около тридцати ки'граммов.
Число мужчин превышало число женщин, но не намного. Меррил сказала:
— Видишь женщин? За гражданство в Штатах Картера надо бороться. Гражданка — значит, лучшая жена. У семьи тогда два голоса.
— Точно.
— Клэйв, как они это делают?
— Секрет. — Он усмехнулся и поднырнул под ее гарпун. — Я не могу объяснить тебе. Шарман говорит, что джунгли врежутся в дерево под углом где-то в центре на километровом пространстве. К этому времени нам надо быть готовыми. Мы сравняем свою скорость со скоростью дерева и нападем на них, когда они еще не оправятся от страха.
— Как мы вернемся?
— Я об этом тоже спрашивал. — Клэйв нахмурился. — Лизет и Хильд принесут дополнительные стручки. Они будут скрываться в небе, пока не увидят, что битва окончена… но их поймают на месте, как и нас всех, если охотники за разморами используют ГРУМ. Нам надо захватить ГРУМ.
— Что мы должны делать? Я имею в виду тебя и меня.
— Собрать племя Квинна. В наших интересах, чтобы у Штатов Картера все было хорошо, но племя Квинна — прежде всего. Хотел бы я знать, где они.
Над ними, скрывая листву, плавал туман. Поднимался ветер, в небе бушевала гроза. Клэйв глядел на тонкую черточку Лондон-Дерева, которая все увеличивалась.
Внешняя крона — гражданская — была ближе. Граждане должны были первыми увидеть приближающийся ужас: зеленую массу в километр поперечником, парящую у ствола, зеленых воинов, слетающих с неба. Не слишком много шансов было взять их на испуг. Джунгли слишком велики, чтобы приблизиться незаметно.
На самом деле, думал Клэйв, у них практически нет шансов выручить хоть кого-нибудь. Они просто разрушат все, что смогут, и умрут. Почему бы сначала не атаковать внешнюю крону и не убить побольше граждан? Остальным это послужит хорошим уроком.
Теперь слишком поздно. Шарман действует далеко отсюда, управляясь со столбом пара, стараясь направить джунгли прямо в середину дерева. Вряд ли можно заставить ее изменить план.
Черточка внутри тумана материализовалась в значок интеграла с кронами на концах. Все Картеры вытащили мечи. Клэйв тоже.
— Воины! — вскричал Антон. Он подождал, пока не наступит молчание. — Нашу атаку должны запомнить! Разбить пару голов — этого недостаточно. Мы должны разрушить Лондон-Дерево! Лондон-Дерево должно запомнить на несколько поколений, что оскорблять Штаты Картера опасно и глупо. Если они не запомнят, они придут, когда мы не сможем двигаться.
— Пусть они запомнят урок!
— Вперед!
Шестьдесят мечей перерубили тросы, привязывающие их владельцев к джунглям. Шестьдесят пар рук открутили верхушки у шестидесяти реактивных стручков. Стручки вырвались вперед, обдавая все вокруг сыроватым растительным запахом. Сначала воины летели рядом, даже врезались друг в друга, потом начали разделяться. Все стручки летели по-разному.
Клэйв руками и ногами вцепился в дергающийся стручок. Он слегка вилял из стороны в сторону, не то что другие, — сказывалось отсутствие тренировок. Кровь отлила от его головы — прилив был просто яростным.
По темному и бесформенному небу совсем рядом проносились молнии. Джунгли приближались к центру дерева, как и планировалось. Тут, в середине, стояла повозка, нос ее был направлен на ствол, корма — в огне.
Лори нажала на одну из пяти голубых кнопок. Голубые цифры появлялись и пропадали в носовом окне. Голубой свет мерцал на панели внизу: четыре скопления, в каждом из которых было по четыре маленьких черточки, ярко очерчивающих крупную — вертикальную. Град старался вспомнить, что это означает. Руки Лори мелькали, как у Харпа, когда он играл свою музыку.
— Привяжитесь, — сказал Кланс.
Лори тревожно оглянулась и быстро застегнула ремни. То же, глядя на нее, сделал и Град. Он был уже в кресле, когда ГРУМ загудел и задрожал, поднимаясь в воздух.
Прилив отбросил Града на сиденье, потом перестал ощущаться. (В кроне Квинна это не имело значения, но Ученый вбил ему в голову: не прилив — тяга! Ощущение было тем же самым, но причина совсем другая — тяга.) Через носовое окно был виден ствол. Вокруг них свистел ветер, струи воздуха с визгом обтекали боковые окна.