Марк Вольфович перевёл дыхание, загадочно посмотрел на дочь и продолжил:
— Слушай дальше. Через два дня, когда Даша пришла на работу, Лейкин её не узнал. Девушка расцвела, прости за пошлое сравнение, как бутон цветка. Вроде бы все, как и раньше, но общее впечатление складывалось абсолютно другое. Ощущение, похожее на то, когда из гадкого утёнка получается прекрасный лебедь. Прости меня, Вига, но я повторяю то, что услышал от Лейкина. И тогда этот старый пройдоха, подчиняясь, как он сам сказал, какому-то внутреннему чувству, попросил Дашу познакомить с Василием свою падчерицу, Алевтину, с матерью которой он уже живёт добрый десяток лет. Даша выполнила его просьбу, Аля имела несколько встреч с этим Васей и вот сегодня утром, когда Аля пришла на работу, от неё не могли оторвать глаз. Аля и так-то была симпатичной девушкой, но сегодня она превратилась в настоящую красавицу. Он сказал мне, увидишь, сам убедишься. Вот тебе и ещё одна странность, связанная с твоим Васей.
— Если бы с моим, — тоскливым голосом сказала Ядвига. — Папа, я прошу тебя, подумай, нельзя ли сократить испытательный срок для Василия и перевести его на должность моего помощника с хорошим окладом.
— Я подумаю, дочка, — ответил Марк Вольфович. — Давай подождём с недельку, ты присмотрись к нему внимательнее, там и решим окончательно.
Конец 2-й книги
Ижевск, Воложка, 2018-2022
Книга 3
Подготовка к войне
Часть 1
Продолжение учёбы
Глава 1
Выходные будни
В предпоследний день июля, Ядвига Марковна неожиданно дала мне выходной. Проснулся в прекрасном настроении на съёмной квартире у Даши Антоновой, пока ещё Антоновой. Свадьбу они с инженером назначили на воскресенье, 18 августа. Редкий день, когда выходной совпадает с воскресеньем. Я им предлагал устроить свадьбу в Метрополе, в небольшом отдельном банкетном зале, но Иван Матвеевич сказал, что Метрополь он не потянет, и они ангажировали какое-то кафе в Замоскворечье.
Вот и первая грустная мысль. Квартиру нужно будет освободить ко дню свадьбы. На моей половине будут жить мама инженера с его дочерью.
Вторая мысль, столь же грустная, как и первая. Добившись своего, Алевтина успокоилась, посчитав видимо, что дело сделано. Ну, что же, пусть так и будет. А мне необходимо будет внести в мозги моих девушек небольшие установки, которые помогут им забыть некоторые мои особенности. Иначе это будет продолжаться бесконечно. Они будут приводить на случку своих подруг, а те подруги — ещё других подруг и ничем хорошим для меня это не закончится.
Я выяснил, каким образом Алевтина оказалась посвящённой в Дашины обстоятельства. Оказалось, что это была инициатива Лейкина, а не Даши. Метки моей на Лейкине не было, но её можно будет поставить через Алю и тоже заставить забыть его про некоторые способности Василия Берестова. Хватит с них, пора закрывать эту лавочку. Но в то же самое время, торопиться с выполнением своего решения я не стал. Нужно было сначала съехать отсюда на новую квартиру, на худой конец — окончательно переехать в общежитие.
Перекрывая доступ к своему телу, я вовсе не собирался прекращать заниматься пластическими операциями. Очень даже буду заниматься. Более того, я хочу добиться, чтобы эти изменения, которые мы с Яном делаем, сохранились на генном уровне и передавались по наследству. Красоты много не бывает! Хочу руководствоваться таким лозунгом, но делать её, я имею в виду красоту, незаметно, тихо и без ажиотажа.
Кстати, я обдумывал ещё одну идею. В мае этого года на выпуске военных академий товарищ Сталин сказал свою уже ставшую широко известной, чеканную фразу: “Кадры решают все!”. Ещё с Новосибирска я завёл себе привычку регулярно читать прессу, поэтому знал, что имел в виду товарищ Сталин, говоря эти слова. На фабриках и заводах было много брака. И в основном брак был из-за невысокой квалификации рабочих, низкой трудовой дисциплины и старого оборудования. А новое оборудование, закупленное за валюту за рубежом, частенько лежало на складах или тихонько гнило на открытых заводских площадках, потому что не хватало квалифицированных специалистов, способных освоить его. А следствием низкой трудовой дисциплины было то, что сплошь и рядом нарушалась технологическая дисциплина, что, естественно, вело к увеличению процента брака.