Когда я свой рассказ закончил, то предложил ей сделать другую причёску, которая должна немного оживить лицо и перевести её зрительно из старушечьего возраста в возраст зрелой дамы. Я огляделся в поисках бумаги и увидел на столе знакомый альбом, в котором я месяц назад сделал свои первые эскизы причёсок. Я взял этот альбом и на чистом листе набросал причёску, которую хотел предложить своей будущей квартирной хозяйке.
Она недоверчиво рассматривала эскиз. На её лице отражалась происходившая внутри неё борьба. Ей очень хотелось попробовать, и в то же время она колебалась. Я решил ей помочь и сказал:
— Допустим, наш эксперимент окончится неудачей, и вы пожалеете о том, что согласились. Тогда вам придётся в течение пары-тройки месяцев походить с платком на голове, пока не отрастут волосы, и вы сможете вернуться к вашему прежнему образу. А я, в наказание эти месяцы буду платить вам квартирную плату в двойном размере.
— В тройном! — заявила она.
— Пожалуй, это чересчур, — мгновенно ответил я, — будем считать, что я вам ничего не предлагал, а вы ничего не слышали. Кстати, а какую плату вы мне назначаете?
— Прежде, чем говорить об этом, вы должны посмотреть, чем вы будете располагать.
— Резонно, — согласился я. — Когда можно будет посмотреть вашу квартиру?
— Давайте завтра, — предложила она.
Я согласился. Завтрашний день был выходным, в гостинице дежурить была не моя очередь, поэтому весь день предполагал работать в парикмахерской, с шести часов утра и до двух часов пополудни. Поэтому я предложил Шведовой приходить к 14–00. На этом и договорились.
Глава 6
Начало учёбы в университете
Моя работа в парикмахерской проходила успешно. Кстати, парикмахерская имела поэтическое название: “Акация”. Официально я работал там, на полставки, три с половиной часа в день — полтора часа утром и два часа вечером. В выходные дни я работал полную смену, поэтому три-четыре вечера в рабочие дни у меня были свободными. А вообще, я собирался свою работу в парикмахерской постепенно сокращать. С сентября, когда начнётся учёба, я откажусь от вечерних часов. Затем, по выходным буду работать только полдня. Ну, и в конце оставлю только утренние часы в рабочие дни. Совсем отказываться от этой работы я не хотел, потому что она мне нравилась. Кроме того, мне нравилось делать женщин красивыми, точнее сказать, раскрывать их природную красоту. А это творческий и увлекательный процесс. Очень многим своим клиенткам я ставил магему красоты 1-й ступени, а иногда совмещал её с малой магемой исцеления. И каждой своей клиентке я устанавливал ПНМ-плюс.
Своим клиенткам я перестал внедрять МИМЭ сразу, чтобы не шокировать ни их самих, ни их окружающих. Для каждой своей клиентки я составлял план изменений, рассчитанный в среднем на 3–4 приёма. За первый приём я с помощью одного-двух точечных воздействий удалял явные несуразности. Если клиентка попадала ко мне второй раз, я опять мог воздействовать на её внешность очередным точечным воздействием. Так можно было за несколько приёмов существенно улучшить внешность и это не очень сильно бросалось в глаза, особенно, если клиентка была молодой девушкой.
Но, несмотря на предпринятые мною меры предосторожности, слава обо мне потихоньку стала распространяться по Москве, судя по тому, что в нашу парикмахерскую стали приходить и из других районов, а не только из ближних домов. Всё больше появлялось клиенток, которые стремились записаться на обслуживание именно ко мне. Чтобы сбить ажиотаж, я стал заниматься внешностью и тех клиенток, которых обслуживали мои коллеги.
Вскоре, у меня выработались профессиональные навыки, и времени на коррекцию внешности стало уходить значительно меньше, чем в начале. Оказалось, что, несмотря на многообразие лиц, существует не так уж и много их типов. У каждого типа лица повторялись черты, делающие их некрасивыми. Со временем, я научился их исправлять быстро и эффективно, усиливая естественную красоту лица, его индивидуальность. В соответствии с этим рекомендовал ту или иную причёску, подчёркивающую именно индивидуальность девушки, её неповторимость и уникальность. Встречались и такие красавицы, которым что-то исправлять — только портить. Таким просто подбирал подходящие им причёски.
Попадались и недовольные клиентки, не без этого. Несколько раз нас посетили такие склочные тётки, которых хлебом не корми, дай только возможность поскандалить. В таких случаях применял ментальное внушение, успокаивал клиентку, а потом, выполнив свою работу, внедрял им магему забвения, чтобы они были уверены, что они посетили какую-то парикмахерскую где-то в центре Москвы, а где именно, уже не помнят. Обратно к нам они уже не возвращались, не могли, даже если очень хотели. Наш салон они просто были не в состоянии увидеть и проходили мимо.