А потом обняла и поцеловала. Контакт и хорошие отношения были установлены.
Наши с Иванкой апартаменты были на втором этаже. Спальня, детская комната и кабинет.
Как только родители переехали к нам, Иванка в тот же вечер пришла ко мне и в общежитие уже не вернулась, и мы стали жить как муж и жена.
Не забыл обустроить дом, как я уже делал это один раз в Новосибирске. Позаботился о том, чтобы у нас в доме всегда была не только холодная вода, но и горячая. Ликвидировал рукомойники и помойные вёдра, заменив их раковинами и трубами, водопроводными и канализационными. Проработал систему водоснабжения, канализации и утилизации отходов. Заменил мебель в доме, купил хороший радиоприёмник и патефон, на кухню поставил большой импортный холодильник и четырёхконфорочную электрическую плиту, которые притащил из США. Старое электроснабжение не стал ни менять, ни отключать. Оно обеспечивало только работу осветительных лампочек и радиоприёмник с патефоном. Мне было гораздо легче заплатить совсем небольшие деньги за потребляемую электроэнергию, чем отвечать на совсем не нужные вопросы.
Все остальные приборы были подключены к новой, дополнительной электросети, которая работала на мощном магическом накопителе, (по моим расчётам его должно было хватить как минимум на три года) и преобразователе магической энергии в электрическую.
В каждой комнате установил электрические батареи с возможностью регулировать температуру в помещении. С этой целью улучшил изоляцию каждой жилой комнаты. Позаботился о регулярном проветривании всего дома, так что круглые сутки в доме был свежий полезный воздух из соснового бора.
Родителей и Иванку предупредил, чтобы не болтали языком о новшествах в доме, если они не хотят, чтобы нас в НКГБ на учёт поставили, как буржуазный элемент.
Взамен пришлось им немного рассказать о себе, о молниях, якобы подаривших мне необычные способности.
— Вот как оно, значит, — глубокомысленно сказала Беата Филипповна, бросив на меня плотоядный взгляд. Я всё чаще стал ловить на себе её внимательный изучающий взгляд и понимал, что рано или поздно она меня выведет на чистую воду и придётся мне объясняться. Но пока, по-видимому, Беата Филипповна накапливала на меня компромат. Тем более, что слухи про меня начали бродить, особенно в медицинских кругах.
Дом наш был расположен удачно, до работы 20 минут пешком. Дома любимая женщина. Подправил ей внешность, сделал модную причёску после чего у меня отбоя не было от клиенток. Сгонял в Москву, раздобыл там всё необходимое для работы дамской парикмахерской и вскоре ежедневно успевал обслуживать от трёх до пяти человек, работая на дому и зарабатывая ежедневно по 25–50 рублей, а иногда и больше.
Когда, услышав о моей деятельности, меня навестил участковый, то я выдал ему 50 рублей и внушил, что все документы, какие необходимы для работы семейного кооператива, у меня в полном порядке, после чего меня никто не беспокоил.
Эти деньги, как и зарплата санитара были мне нужны, чтобы люди вокруг меня не задавали себе вопрос: "Откуда у этого курсанта военной школы деньги?"
За время работы санитаром отработал на практике массу самых разнообразных специализированных целительских плетений и магем. Чтобы не создавать вокруг внезапно выздоровевших ненужной шумихи исцелял выборочно и только тяжёлые заболевания, с которыми медицина справлялась с трудом или вообще не справлялась. В большинстве случаев только немного улучшая состояние больного, чтобы дальнейшее его выздоровление происходило под наблюдением врачей. В отдельных случаях окончательное исцеление производил уже после выписки больного. До полного выздоровления больных в палатах не держали, переводя их на амбулаторное лечение. Вот в этот момент я часто вмешивался и как только пациент исчезал из-под наблюдения врача, я производил его полное исцеление, после чего они ни в больницу, ни в поликлинику носа не казали, что устраивало всех без исключения.
Однако не смотря на эти мои предосторожности всё равно по клиническому городку среди медперсонала поползли слухи о чудесных исцелениях. Кстати, забыл сказать, что проветривание устроил во всех его корпусах и все туалеты привёл в должный порядок.
Зато всем без разбору ставил ПНМ, и больным, и медперсоналу, и прочим работникам в надежде, что эта программа чуть позже сама доведёт организмы до нужных кондиций. При случае не упускал возможности повысить человеку его образовательный и профессиональный уровень. С этой целью вступал с ним в ментальный контакт и под ускорением мысленно задавал три вопроса: сколько классов окончил, кем работаешь, какую профессию хотел бы получить. Получив ответы, посылал внушение тут же забыть об этом опросе и затем ставил человеку нужные учебные базы. Кроме этого ставил ментальное внушение о временном запрете рассказывать кому бы то не было о полученных во сне знаниях. Срок запрета установил в 5 лет. А потом война начнётся, которая всё спишет.