— Илья Ветров, — сообщил мне своё имя мужчина, тоже пожимая мне руку.
— Как же ты решился напасть на вооружённого револьвером бандита, да к тому же еще и главаря? — спросил я его после того, как мы познакомились.
— Так пойми, Василий, не было у меня другого выхода. Он же уже револьвер на меня наставил. Я ему в глаза посмотрел, там смерть свою увидел. А тут такой случай подвернулся. Помощник его чуть с ног не сбил, я и напал. Ногой ему по руке пнул, револьвер выбил, тут мы и сцепились.
Илья потер рукой шею и сказал:
— Спасибо тебе, Василий. Задушил бы он меня, как курёнка. Здоровый, как лось. Как только тебе его убить удалось?
Тут Илья замолчал. Увидев валявшиеся неподалёку неподвижные и окровавленные тела бандитов, он удивлённо сказал:
— Так ведь ты и остальных убил, Василий. Как ты смог?
— Случайно как-то все вышло. Сам ничего не помню, все как в тумане было.
Я поднял винтовку, которую так и держал в руках. Она вся была в крови — и дуло, и приклад, и даже скоба со спусковым крючком. Телогрейка на мне тоже вся была забрызгана кровью. Илья посмотрел на меня и только и смог промолвить:
— Ну, ты дал, Вася, стране угля.
Тут его затошнило, и он отбежал в сторону, на ходу опоражнивая желудок. К нему мгновенно присоединилась его любовница.
Пришлось опять прибегнуть к целительской магии. Прошло несколько минут прежде, чем они смогли продолжить разговор.
— Вася, мне же домой нужно, — сказала Варвара, едва успев оклематься, — у меня сегодня муж домой после ночной смены прийти должен, мне его завтраком кормить, а у меня ещё ничего не готово и печь не топлена.
— Так беги домой, Варя, я же тебя не держу. Скажи только свою фамилию и где ты работаешь.
— Я проводницей работаю, Никифорова моя фамилия. Василий, если можно, не говори про нас с Илюшей никому. Если про меня узнают в милиции, то и мужу обязательно расскажут, и тогда мне не жить.
Тут она упала на колени и заголосила:
— Васенька, не говори никому про меня, век тебя благодарить буду. Нельзя мне в милицию. Убьёт меня муж, узнает и убьёт.
Илья тоже смотрел на меня умоляющим взором.
— Да, я вообще никакой бабы тут не видел, — сказал я, обращаясь к Илье.
— Спасибо тебе Вася, за всё, — растроганно сказал Илья.
Мы с Ильёй уставились на его любовницу. Та подхватилась и только её и видели.
— Так, может быть, я тоже пойду? — спросил меня Илья. — А то спросят меня, как я тут очутился, а мне и сказать нечего. Меня же ещё и обвинить могут.
— В чём? — спросил я.
— Что это я навёл банду на вагон.
— А кстати, что в вагоне-то?
— Не знаю, и знать не хочу, — ответил Илья.
— А что так? — поинтересовался я.
— Понимаешь, — ответил он, — меньше знаешь — крепче спишь.
Илья исчез в темноте так же быстро, как и перед этим исчезла его любовница. Я решил тоже не заглядывать в вагон, чтобы не входить в искушение что-нибудь украсть. Подошёл к двери, чтобы задвинуть её и остановился, как будто на стену налетел.
В вагоне горел фонарь, обычный фонарь, который есть у каждого железнодорожника. Он стоял на крышке какого-то ящика в метре от входной двери.
Мысли лихорадочно проносились в моей голове. Кто-то же принёс туда фонарь и зажёг его. Значит, этот кто-то находится в вагоне. Или эти железнодорожники вовсе и не железнодорожники и меня облапошили, обвели вокруг пальца. Просто они были первыми, а потом подошли бандиты. Или же они все просто из одной банды. Или они из двух конкурирующих банд. Если мне завтра в отделе кадров скажут, что Ильи Ветрова и Варвары Никифоровой у них в списках нет, и не было никогда, тогда я лопух и упустил грабителей. Но вагон-то можно и сейчас обыскать. И даже не обязательно самому залазить туда. Достаточно послать магему диагностики, если затаился там кто живой, она его обнаружит.
— Молодец, Ученик, — раздался в моей голове голос Яна, — это даже лучше магемы сканирования, которую применяют высшие маги. До тебя никто не додумался использовать магему диагностики в таком качестве.
— Спасибо, Учитель, на добром слове, — автоматически ответил я своему виртуальному собеседнику, отправляя в поиск свой магический диагност.
Человек в вагоне обнаружился, один.
— Бросай оружие и выходи с поднятыми руками, тогда останешься в живых, — крикнул я ему.
Бандит долго не думал и решил сдаться. Сначала из проёма двери вылетел револьвер, потом показался сам:
— Не стреляй, я сдаюсь.
Я шагнул в сторону и приказал: