Каждый год правитель божьего царства погружался в сон Одина, чтобы восстановить свои силы. И это время всегда являлось наиболее уязвимым временем не только для ее супруга, который, пребывая во сне, оставался совершенно беспомощным, но и для всего Асгарда.
Судя по многовековой истории небесного города, враги совершали нападение именно тогда, когда самый могущественный защитник царства не мог им противостоять, но каждый раз воинам Асгарда удавалось отстоять свой дом и не подпустить недругов в покои спящего царя.
Однако сегодня властитель Йотунхейма, повелитель ледяных великанов и самый ненавистный враг Одина — Лафей смог прорваться в Асгард и войти в царскую палату.
Неотлучно находящаяся у постели супруга Фригга храбро встала на защиту дремлющего Одина, твердо решив защищать мужа до последнего. Но справиться с могущественным йотуном все же не смогла, и ей оставалось только беспомощно наблюдать, как монарх Йотунхейма в один момент сотворяет изо льда смертоносный кинжал и заносит руку, намереваясь проткнуть им спящего царя Асгарда.
К счастью, на помощь матери поспевает младший сын, Локи, который успевает защитить отца, убив Лафея. К тому же в этот самый момент в покоях царя появляется заслуживший наконец прощение Всеотца и вернувшийся домой старший сын Фригги, Тор, что делает королеву вдвойне счастливей. Но радость ее длится недолго. На ее глазах двое ее одинаково любимых сыновей вступают в борьбу за то, что считают правым и справедливым, — и справедливость эту они видят, разумеется, в совершенно противоположных воплощениях.
Фригга не может поверить в появившуюся между братьями враждебность, хоть в глубине души и понимает, откуда прорастает это соперничество, стремление утвердиться, проявить себя. Так же она понимает что Лафей не мог самостоятельно проникнуть в Асгард, что ему явно кто-то помог, кто-то из дворца. Фригга догадывается кто это может быть, но отказывается в этом себе признаться, прогоняет эту мысль, так как эта правда слишком сильно ранит ее материнское сердце.
И пока ее сыновья, сражаясь за свою правду и за будущее Асгарда, сходятся в бою на Радужном Мосту, королева Асгарда принимает решение остаться рядом с мужем и собирается быть подле него до самого его пробуждения. Ей так хочется, чтобы супруг проснулся как можно скорее и остановил братоубийственную драку ее мальчиков.
***
Фригга подошла к королевскому ложе и, опустившись у изголовья, мягко погладила мужа по седым волосам. Теплый, спокойный огонь пламени неугасимых факелов освещал покои царя янтарным закатным светом. В огромной, полупустой комнате вновь установилась плотная тишина. Фригга тяжело вздохнула, отчего-то виновато улыбнулась — и явственно почувствовала за спиной холодящую тень. Она невольно вздрогнула.
Не сразу поняла причину своего смятения, но буквально в следующую секунду услышала: в глубине коридора гулким эхом раздался стук трости.
Королева насторожилась. Она никого не ждала. Пока Один пребывал во сне, никому не разрешалось заходить в королевские покои. Сегодня, конечно, один раз этот запрет уже был кое-кем нарушен, однако повторного вероломства царица никак не ждала.
Стук повторился. Затем снова. Фригга вскочила с места и уже во второй раз за сегодня схватилась за королевский меч. Прежде невиданное беспокойство овладело ею. Она неотрывно смотрела на дверь, словно пыталась отыскать в этих огромных отливающих позолотой створах что-то значительно важное. И наконец, благодаря сильной связи с окружающими магическими частицами, королева увидела, как из замочной скважины и дверных щелей начал медленно просачиваться в покои мрачный сумрачный туман.
Звук ударов тростью все продолжал нарастать — он приближался. Шел неспешно, мерно, но решительно, посылая тяжелое эхо сквозь туман еще некоторое время. Затем он дошел до двери, остановился — и воцарилась тишина.
Обдало неимоверным холодом, но не из-за ледяной стужи, как было ранее при вторжении Лафея, а из-за ужаса, неожиданно и безжалостно сковавшего сердце королевы. Никогда еще царица Асгарда не испытывала подобных ощущений, для нее это чувство было доселе неведомым и оттого пугающим. Будто само зло, сама смерть явилась в королевский дворец, желая забрать жизнь ее супруга.
Дверь, на которую полная волнения Фригга глядела не отрываясь, вмиг утратила свои теплые, солнечные тона и покрылась слоем черной копоти — это могла видеть лишь Фригга, благодаря своей высокой магической сенсорике. Волшебница сильнее сжала в руке меч.