Я призвал меч, запрыгнул на его лезвие и полетел к Радужному Мосту, который уже вовсю работал. Похоже, Локи уже начал свой безумный план.
Я увидел, как двое братьев сражались. Один пытался отключить пространственную машину, в то время как другой изо всех сил мешал ему это сделать.
Долетев до чертога, я спрыгнул на мост и, вытащив из Инвентаря дюжину мечей, запустил их в рогатого Локи. Бог Обмана стукнул копьем Гунгнира и вызвал расширяющийся энергетический купол, который разом отбил все клинки.
-Пришла подмога? Но уже поздно. Процесс не остановить! Радужный Мост будет расти, пока не разорвет Йотунхейм,- в безумном оскале заявил волшебник.- И когда отец проснется, он увидит кто спас ему жизнь, кто уничтожил расу ледяных великанов. Я стану истинным наследником трона, которого будут уважать и почитать все жители Асгарда!
-Брат, ты не можешь уничтожить целую расу!- пытался вразумить своего брата Тор.
-Почему нет?- хладнокровно вопрошал Локи.- Откуда вдруг в тебе любовь к этим монстрам? Раньше ты горел пламенем войны, а теперь стараешься ее остановить. Уж не этот ли смертный всему виной?- бросил он нам меня презрительный взгляд.- Как он за это короткое время сумел изменить такого упрямца, как ты? Ведь великий и могучий Тор не слушает никого, кроме себя!- нарастающим возмущением воскликнул Бог Обмана.- Из-за твоей гордыни тобой всегда было так легко манипулировать.
-Я изменился. Мне помог тот, кто был со мной честен, кто не пытался манипулировать мной, как ты, братец…
-Я тебе не брат и никогда им не был!- злостно заявил Локи, затем посмотрел на меня, ехидно оскалившись:- А ты, оказывается, неплохо умеешь менять людей. Только фальшивые речи действуют лишь на таких остолопов, как Тор. Но я, я не так глуп, как мой сводный брат,- Локи намеренно выделил слово «сводный», подчеркивая, что они не родные.- Что ты ему сказал? Что нужно быть добрым, честным, порядочным? Что война — это плохо?
-В общих чертах,- ответил я. Вокруг меня вновь собралась дюжина мечей.- Война никогда не приводила ни к чему хорошему…
-Неужели?- не смог сдержать усмешки Бог Обмана.- А я то думал, что ты будешь поумнее моего братца. Война всегда служила двигателем прогресса! Новые технологии, новая магия, новое оружие, именно война заставляла разленившуюся страну вновь шевелиться, двигаться к новым горизонтам, расширяться, развиваться. На протяжении уже нескольких лет Асгард стоит на месте, стагнирует прямо на глазах. Наш мудрый Всеотец давно отказался от войн, и что получилось? Королевство ослабло! Другие миры уже наступают нам на пятки, больше у нас нет того превосходства, которое и возвысило Асгард над Девятью Мирами. Я лишь пытаюсь встряхнуть асгардцев, чтобы они проснулись, чтобы старались, чтобы вновь изобретали новое, а не сидели и наедали располневшее брюхо! Я вершитель революции, новой вехи развития в истории Асгарда!
Да, Локи — это не Тор, у него свои убеждения, своя идея, идеология даже, осмелился бы я сказать. Не могу утверждать, что он абсолютно не прав. В его словах есть своя доля истины, но я все еще не согласен с ним… У нас разные мнения, и переубедить друг друга мы не сможем.
-Ты красиво говоришь,- ответил я на длинную тираду,- но твои слова не совпадают с действиями. Какая война, когда ты сразу же применяешь ядерное вооружение?!
Радужный Мост и вправду можно считать ядеркой. Хотя стоит признать, он еще страшнее, ведь способен из разных точек Вселенной уничтожать целые планеты.
-Все из-за власти?!- горько воскликнул Тор.- Все это твои отговорки, ты просто хочешь стать королем!
-Мне не нужен был трон,- покачал головой Локи.- Я всего лишь хотел быть тебе равным… Но как бы я не старался, тебя всегда любили больше. И теперь я знаю почему. Как можно сравнивать родного сына с мерзким ледяным заморышем.
-Хочешь сказать, что не ты такой, а жизнь такая?- спросил я и вновь набросился на Лафейсона.
Одинсон последовал за мной, и мы вдвоем атаковали Локи. Бог Обмана ловко защищался от всех атак и даже умудрился сковать наши ноги льдом, обездвижив нас.
Рогатый наставил на нас копье Гунгнира и выстрелил энергетическим лучом. Благо Тор бросил свой Мьёльнир и отбил атаку. Я не горел желанием принимать на себя этот луч, который, судя по всему, обладал еще большей силой, чем сжатая плазма, которыми стрелял Разрушитель.
Мне не нравилось чувство скованности, а потому я резко ударил по обледенелому мосту кинетическим зарядом. Лед, что удерживал наши ноги, треснул и взорвался снежными осколками.