Я немного прошелся по участку и заключил, что строители работают грамотно и строго по моим инструкциям. Даже это самое место, куда меня возвращает мой пространственный навык, огородили дополнительно, точно для того, чтобы позже его как следует обустроить.
-Эй, ты кто? Это закрытая стройка!- ко мне шел приземистый мужчина средних лет с белой каской на голове.- Посторонним сюда вход запрещен!- важно объявил он, настороженно поблескивая маленькими глазками.
Молодец, внимательный мужичок. Как я понимаю, он здесь прораб. Строительную бригаду нам нашла компания «Wayne Enterprises», вероятно, у них имеется собственный реестр специалистов и подрядчиков, которые умеют держать язык за зубами, ведь «Wayne Enterprises» заверила нас, что все будет сделано в рамках строгой секретности.
Все-таки я хочу, чтобы проект строительства моего будущего дома и геройского убежища оставался в секрете. И, похоже, здесь за этим действительно следят.
-Успокойтесь, меня зовут Алекс Рит,- представился я мужчине с перекосившимся от недовольства лицом.- Вы строите дом для меня.
Прораб удивленно вскинул брови, прищурился, пригляделся повнимательнее, и наконец лицо его просветлело.
-Вы мистер Рит?- улыбнулся он виновато.- Простите, я не ожидал вашего визита. Меня не предупредили.
-Не волнуйтесь, сегодня я здесь мимоходом. С проверкой приеду в другой раз, повнимательнее посмотрю, как тут продвигается работа, обсудим с вами все замечания, а сейчас мне пора идти.
Начальник, которого звали Томас, вызвался проводить меня до выхода. Мужчина оказался не очень многословным, но достаточно деятельным, а потому пока мы шли в двух словах описал мне текущие результаты строительства и емко пожаловался на нехватку материалов. Том заявил, что особо крепкий металл, из которого делают основные крепления, обеспечивающие устойчивость фундамента, всегда поставляют с задержкой. К тому же архитектор часто вносит корректировки в проект, и теперь на участках, в которых раньше планировалось использовать стандартные материалы, также необходимо закладывать особый металл.
Я так понимаю, что особым металлом в данном случае выступает адамантий. Я хотел использовать именно его, чтобы построить нерушимую крепость. И похоже, Лана смогла значительно сократить расходы на производство — адамантия стало больше, поэтому архитектор и меняет план.
Я заверил прораба, что непременно решу проблему с доставкой материалов, после чего откланялся.
Настала пора связаться со всеми и сообщить, что я вернулся. Наверняка все уже распереживались. Я же не виноват, что очки-голограммы не ловят на других планетах, расположенных черт-те где в галактике. Хм, стоит об этом поразмыслить на досуге и постараться найти способ как-то очки модернизировать, но все это потом. Сейчас же надеваем очки и пишем в общий чат: «Я вернулся!»
Отправив сообщение, я стал ждать ответа. Вначале стояла полная тишина, но буквально спустя пару секунд очки затрубили дюжиной звонков.
Я открыл для всех видео-чат, улыбнулся, помахал рукой и произнес невинным голосом: «Привет всем. Как ваше ничего?»
На меня разом полилась тонна вопросов, голоса сливались и перекрикивались, стоял гул, как в разворошенном улье. Ничего в этом жужжании нельзя было разобрать. Ладно, это я утрирую, у меня же параллельные потоки сознания и острый слух, поэтому я, конечно же, понял все, что мне хотели донести.
«Где ты был?», «Я думала, ты умер!», «Твой обед затянулся!», «На тебе ставили опыты асгардцы?»…
-Дамы, прошу, полегче,- попытался я успокоить девушек.- Для того чтобы спасти Йотунхейм и ледяных великанов от полного уничтожения, нам с Тором пришлось разрушить Радужный Мост — ту самую телепортационную станцию, что позволяла Богам Асгарда путешествовать между измерениями.
Технически я не соврал, ведь это и вправду произошло. Конечно, для меня это все равно ничего не значит, ведь я мог бы сразу же активировать навык звездного скитальца и вернуться на Землю в тот же день, но так как об этой моей способности никто не знает, так как я о ней особо не распространялся, все сделают вывод, что задержался я в Асгарде не по своей воле, а по вынужденным обстоятельствам. Главное — избегать темы о том, как именно я вернулся обратно.