— Надевай — Петр указал на набитый баул.
Тут я заподозрил что-то неладное, но все же надел баул. "Я становлюсь сильнее" — подумал я. Вес баула был не столь тяжел как казалось.
— Побежали — скомандовал Петр и я побежал.
Бегу… бегу… бегу. Лишь на втором круге вокруг лагеря все же задал вопрос, ответ на который получать совсем не хотелось:
— Куда мы бежим?
— Не куда, а сколько. Пару часов побегаем, потом буду тебя учить оружием пользоваться.
— Зачем мне это надо? Я же в големе драться буду, — хотел я понять смысл этих извращений.
— Хочешь больше долей получать, стань нормальным наемником, — ответил этот вояка.
Я понял, что Петр мне просто мстит. Дальше был очень увлекательный бег, тыканье копьем в манекен, опять бег, удары дубиной по манекену, еще бег, стрельба из лука и вот неожиданность… бег, после которого, для разнообразия Петр учил защищаться щитом.
Я даже до кровати бежал. Ну я думал, что бегу. На самом деле я практически полз. Уснул не успев коснуться кровати.
Из сна меня вырвал Петр беспрерывным расталкиванием. Вокруг была темень.
— Хочешь долю повара? Иди и готовь. Повар раньше всех встает, еда должна быть готова, когда десяток проснется, — слышался злорадный голос в темноте.
Очень хотелось упасть и спать дальше, но мой "командир" погнал меня на кухню, и я сейчас имею в виду не Петра, а хомяка — эта неблагодарная скотина продала меня на кухню за лишнюю долю.
Закончив утренние процедуры пошел кухарить. Стараясь не заснуть, испек в печи несколько мясных пирогов. Заметил, что усталости и болей в теле нет. После занятий спортом обычно словно деревянный ходишь, но моему тело, видимо, об этом забыли сказать.
После завтрака решил схитрить и спрятался в големе. "Пусть попробуют выковырять меня отсюда. Наш десятник оказался опытным человеком. Он не стал даже пытаться меня вытаскивать, наоборот похвалил и велел тренироваться в големе. Я уже праздновал свою победу, когда услышал его последнюю фразу:
— Дрова сам привезешь. Големовод должен держать своих големов в полной боевой готовности.
Я глянул на заряд энергии. Всего пять процентов. Пошел в стойло, отобрал у Шарика его телегу и изображая животное — по всей видимости барана — потащил ее к Лесу. Покинув базу чуть не стал жертвой своей лени и не набрал нарубленных деревьев. Вспомнил о потере силы и пошел добывать топливо посвежее.
Голем — это сила! Деревья просто выворачивает с корнями, руками как гидравлическими тисками перекусываю стволы. Про вес и говорить нечего. Набрал полную телегу дров. Довольный возвращался обратно, когда заметил, что энергии уже четыре процента. "Надеюсь это совпадение, а не прожорливость голема" — нервно подумал я.
Вернулся на базу. Стал думать, как сей агрегат заправлять. Вылез, обошел вокруг — ничего не нашел. Залез обратно представил, что "бензобак" открывается. Сбоку раскрылся приемник, я вылез и стал закидывать в него ветки. Влезло их всего ничего. "И это увеличенный приемник? Простой тогда с кулак что ли?"
Залез в голема и стал пялиться на зарядку. Все так же четыре процента. Представил, что деления после запятой увеличиваются… одна десятая, одна сотая… лишь на одной десятитысячной стал заметен прогресс заполнения энергии. Сидел ждал, когда переварится древесина. Через час энергия прекратила прибывать. Увеличилась она примерно на один процент. "Интересно, а я могу ее подзаряжать сам?" — мелькнула мысль, которую я тут же стал реализовывать. Руки на кристалл и пытаюсь передать энергию голему. Изменений нет. Добавить еще деление изменений нет еще одно… вот одна миллионная процента и изменения пошли. Значит я заряжаю хуже дерева, в сто раз… "Хреновый ты маг Витя. Даже дерево лучше тебя". — грустно подумал я.
Проверил также и расход энергии в разных режимах. В простое практически не тратится, в движении затраты уже заметны, при максимальных нагрузках утекает как вода. Все логично.
Дальше был увлекательный день, проведенный в големе. Взять ветки, запихать в бак, час пытаться зарядить голема самому. Повторять до обеда. Поесть. Повторять до ужина. По-моему, в этот раз я заснул, не доходя до кровати, а последней мыслью было: "вот и настали тяжелые армейские будни"
Глава 8. За стеной и на стене
Распахнул глаза — темно. Тело, поддавшись дрессировке, приняло раннюю побудку за норму и проснулось само, без участия сознания. Сна не было ни в одном глазу и поддавшись уговорам проснувшейся совести активно поддерживаемой хомяком, пришлось идти выполнять свои обязанности.