Наконец-то я смог двигаться свободно и дело сразу пошло на лад. Мне всего-то и нужно было только успеть добежать до порождений, дальше голем как заправский бейсболист сносил их дубиной. Остановки для отдыха теперь делали для отдыха всего отряда, а не для того чтобы дать передышку нашим копейщикам. Укусы зверей практически сошли на нет и лишь Дмитрий продолжал страдать, собирая все встречные кочки.
Наступил вечер. Не знаю, как далеко мы отошли от базы, но вымотались просто ужасно. Даже сидя в големе все время приходилось действовать: наступил на одного, ударил второго, откинул третьего, бегом в другой конец. Отбились? Снова тащи фургон. Весь день играл в игру под названием "ударь порождение по голове молотом".
Заряд в големе, несмотря на мою бурную деятельность, держал на максимуме! Скажем спасибо все той же живности. Собирать такую мелочь в фургон не стал даже жадный Петр, и я с чистой совестью использовал тушки для заправки голема.
На ночевку встали в небольшом овраге. Фургон поставили так, чтобы он со всех сторон — кроме входа — был прикрыт стенами. Как только разбили лагерь, я тут же выпрыгнул из голема. За весь день выходил из него всего один раз — сбегать по малой нужде, да бурдюк с водой внутрь взять.
Пока сидел в кустах все время представлял: меня сейчас за самое ценное укусит затаившийся дракон. Маленький злобный и обязательно ядовитый.
Развели огонь, я принялся за готовку, а мужики принялись делиться впечатлениями от похода.
— Не думал, что столько порождений будет — задумчиво сказал Петр.
— Ну да, необычно… но раньше-то мы так глубоко и не заходили. Глубже заходим больше тварей, чего еще от "Леса" ждать — пессимистично сказал Иван.
— Нет, все что я слышал говорит о ненормальности такой активности. По описанию наемников, тварей должно раз в десять меньше быть, — ответил ему Семен.
— Ерунда. Всех перебьем, они ж слабые совсем, я даже один справлюсь, — прихвастнул Григорий.
— Могли и раньше в нормальные рейды ходить, а не только по окраине бегать. Мы и без голема справиться можем, — заявил Игнат.
— А сильное порождение ты сам бить будешь? — возразил Олег.
— Мы еще ни одного сильного не встретили, пока только время теряем, — привычно ворчал Иван.
— Завтра сильные должны появиться, далеко уже отошли. — предположил Семен.
— Вот Виктор с ними и будет разбираться. Я, конечно, алхимии прикупил, но если наш голем с измененными справиться не сможет, то и смысла в рейде нет никакого, — сказал Петр, подведя итог разговора — Спать будем в фургоне. Дежурим по очереди. Первым Семен, я последний. Виктор ты в големе будешь спать или в фургоне?
— В големе — отозвался я. — Я его в патруль поставлю, будет ходить живность мелкую на подходе убивать.
— Понял, заряд только побереги, тебе вся энергия пригодится для завтрашней битвы.
Мы догрызли мелкие тушки, ставшие нашим ужином и пошли спать. Я включил режим патрулирования… Спать было неудобно. "Об этом я не подумал… Конечно, если совсем приспичит засну, но к чему такой экстрим?".
Остановился около дежурящего Семена, приказал голему уничтожать все что приблизится к фургону и решил перед сном немного поболтать.
— Семен, почему вы оружие не сменили? Мы ведь на серьезную охоту идем, да и деньги у вас должны были оставаться.
— С этим, — он погладил копье — я уже давно хожу, а к чему-то новому привыкать нужно. За те деньги что у нас были, бронь способную выдержать удар сильного порождения не купишь. Вот мы с Петром и решили побольше алхимии купить, а основную ставку, на тебя сделать. Даже если ты из отряда после рейда уйдешь, мы все равно заработать успеем. Ты сам то, как… не собираешься из отряда уходить?
— Да зачем мне это? — не понял я его сомнений. — Почему я после рейда должен захотеть уйти.
— Когда фургон полный будет поймешь… — Семен помолчал и словно решившись на что-то сказал: Я видел, как ты големом управляешь. Тебе вполне по силам найти отряд, который тебе почти всю прибыль отдавать будет. Ты даже можешь попробовать к наемникам первого класса попроситься. Продемонстрируешь свои способности и тебя возьмут.
— Да какие там способности. Я его возможностей и не знаю считай, — возмутился я такой оценкой своих талантов. Уж я-то знаю, что боец из меня никакой.
— Я знаю, что говорю. Видел я как-то раз отряд, в котором половина наемников полегло, защищая големовода, пока тот порождение убивал. Отдали ему все самое ценное и еще спасибо сказали. Тот големовод и вполовину так хорошо, как ты, не управлял големом.