— Камеры? — задаёт он коротко.
— Выключила.
— А посёлок?
— Пацан с КПП был должен. Скажет: сбой.
— Ты когда всё продумать успела? — усмехается с виду, на деле вздыхает.
— Я умная, — вторю устало. Он всё же тихо смеётся и ощутимо кивает.
— И что мне с тобой такой умной делать, Катеринка?
— Ничего, — хмурюсь, не продумав ранее эту часть плана. Резко обрубаю мечты, заставляя себя вернуться к реальности.
Складывать сказки про «долго и счастливо» — не моя тема. Не было подобных в детстве перед глазами. В моих мыслях всегда чёткие кратковременные и долгосрочные планы. В первое, Капа до сегодняшнего дня и не входил вовсе, во второе, к сожалению, просто не вписывается.
— Лёш, я не врала насчёт клуба, — прячу глаза, считывая его дыхание, что замедляется сильнее, чем мой неспешный вдумчивый слог. — У меня реально завтра прогон. Справлюсь — получу эту работу. Всё сложится — свалю из дома. Я не собиралась обязывать тебя к чему-то. И разом ломать твою жизнь тоже не собиралась. У тебя профессия, династия и даже Сонька, а я..., — усмехаюсь ниоткуда взявшимся силам на разговор. — А я умею танцевать, обольщать мужской пол и правильно снимать компромат. Несколько флешек спрятано в моём ящике в академии. Их копии под днищем моей кровати.
— Это ты мне сейчас для чего рассказываешь? — голос Капы уже не несёт дружелюбия и веселья. В нём живая стать и желание, как минимум объяснить мне на пальцах, что подобного делать нельзя. Как максимум... А максимум был уже. Всё. Не воротишь.
Поднимаюсь на колени, натягивая футболку.
— Просто, чтобы знал. Не лезь, ладно? Я сама со всем разберусь. С отцом тоже.
— Ка-ать, — тянет, схлопывая пальцы вокруг моего запястья.
— Я в душ, — сглатываю, как и он, толком не понимая, что делать дальше. — Ты следующий, а потом уходи. Просто уходи.
— И всё, да, умница?
— Не знаю, — дергано улыбаюсь и, как он учил, ловко выхожу из захвата. — Спасибо за всё. Я правда люблю, но... Не смотри так. Не знаю, что дальше…
Гордячка
Молю, чтобы не упасть мне пред противниками, и чтобы не порадовался надо мною враг мой©сп 23:3
-Катерина-
— Выходим так же через окно, — бросаю тому, кто буравит меня взглядом насквозь, в то время, как я стыдливо отпускаю в пол голову. — Лёш, постарайся, чтобы тебя никто не увидел. Пожалуйста.
— Как скажешь, Бершка, — хмыкает он безлико, так редко упоминая при мне эту форму прозвища.
...«как скажешь...» — отдается гулом в висках, пронзает насквозь тупой болью, а с его «я тебя люблю», — моё прозвище звучало куда вкуснее и намного приятнее...
Ворот мужской футболки мокрый от его отросших на макушке волос. Влага блестит на руках, потому что он едва ополоснулся ледяной водой и вытерся наспех.
Я за это время успела переодеться в своё: черные лосины, худи с капюшоном — вещи, в которых до полуночи вылезла по стене дома из своей спальни.
Молчу, не поднимая взгляда выше, чем его шея, а всё равно любуюсь тем, что имею. И прогоняю в памяти Лёшкины поцелуи. Всё то новое, что за эту короткую ночь удалось мне познать. Ощутить. Проникнуться.
И всё же задумываюсь, нехотя, но наперёд, о том, что для меня в нём ещё остаётся скрытым и столь притягательным.
— Иди, — прошу выдыхая. — Иначе брошусь на шею и не отпущу. Пожалуйста, Капа. Это моя ставка против отца. Тебе не нужны эти скандалы. У тебя карьера впереди, а он их устроит. Я помню, как было с мамой. Он тебе такое припишет и свидетелей же найдёт. Не отмоешься...
— Прекрати пугать, — чеканит серьёзностью. — Я за каждое слово и действие способен ответить.
— Знаю, — многократно киваю. — И за это я тебя тоже..., — вздыхаю, сглатываю недоговаривая. — Иди. Я чуть позже.
Не надо просить трижды того, кто понимает тебя с первого раза.
Он уходит к стене. Забирается на небольшой приступок и ловко подтягивается вверх. Этого достаточно чтобы ухватится за карниз, что служит дополнительной перекладиной.
Пара секунд и Лёшка исчезает в небольшом прямоугольном окне, что располагается практически вровень с землёй.
Я выжидаю десять долгих минут. Слушаю тишину и отбойный молоток, вместо сердца. А после повторяю его манёвр. Прикрываю специальной ниточкой раму. Тихо обхожу дом сбоку. Прислушиваюсь. Набрасываю капюшон на голову и начинаю восхождение по трубе.
Когда-то подсмотрела за Стасом. Решила повторить — получилось.
Взять что ли рюкзак? Накидать на его пересменку, паспорт, наличку, флешки и свалить куда глаза глядят? Пробовала. Быстро нашли. Не успела даже заселиться в скромный отель — паспорт тут же пробили. Но тогда я была несовершеннолетняя, а теперь...?